Проклятье не покинуло полис. Оно постепенно добивало его жителей. Обсидиановые снежинки продолжали падать, образуя на земле медленно-таявшую, мутную вуаль тьмы. Слай продирался по колено в вязкой мгле. Взвесь рассеивалась только подле магических формаций, сбегая с них, как с зонтов. Хмарь жила собственной жизнью и неспешно текла куда-то.
По мере прохождения по маршруту, Ходок понял, что ему с этой гадостью по пути. Темный туман устремлялся в одном с ним направлении — прямо к центру города. Конечно, не вся эта «река смерти» доходила до цели. Множество ее «вод» впитывалось почвой по дороге. Теперь Слай знал, зачем чистить канализацию, и почему там переодически заводятся зловредные твари. Добрые две трети двурогих занимались этой нелёгкой работенкой, не позволяя зародится в катакомбах чему-то особо злому.
Долго идти не пришлось. Все же Острог размещался в престижном районе. Минут через пятнадцать парень достиг пуповины Велграда. Он находился в предверии бывшей главной площади, на которой размещались центральный храм Септонии и княжеские палаты. Мстислав давно переехал в другую резиденцию. А вот, что случилось с величественной церковью, юноша лицезрел впервые.
Монастырь окружал купол из белого света. Настолько яркий, что аж глаза болели. Именно сюда и стягивалась падавшая с небес дрянь, норовя сломить рукотворную плотину. Здешние инфы не только не препятствовали, они ещё и помогали чужеродной субстанции.
По всему периметру понатыкали осадных башенок. На них, сменяясь друг с другом, беспрестанно атаковали храм трёхрогие и четырёхрогие. Причём применяли для этого новые, полученные от Чернобога, умения. Адепты тьмы и смерти брали приступом бастион Верховной уже который месяц. Удивительно, но Септония не обороняла святыню.
— «Шизанутая богиня какая-то! Ее прислужников заперли и прикончить хотят, а она не реагирует…»- заключил Слай и направился к наиболее крупной из глубоких ям, также разбросанных повсюду.
Исполинских воронок вокруг церкви понарыли немало. Штурм велся со всех фронтов и из под земли тоже. Даже чёрный туман, словно разумный, валил в эти разрывы коры, чтобы выгрызться в защиту ещё сильней.
Туда-то и нужно было Слаю. Согласно полученному, и на первый взгляд бессмысленному, предписанию, ему требовалось продержаться в месте с гибельной концентрацией шакти два часа.
В случае успеха, Касуми Тадао признавал его своим подчинённым. Такова была официальная версия. По неофициальной же, юноша должен был приманить Старицкого поближе и активировать выданный самураем амулет. Причина, по которой японец решил, что боярин объявится, была неизвестна. После запуска артефакта оставалось лишь выбраться наружу и доложить об инциденте.