Они осторожно подошли к остаткам укрепленного блокпоста, установленного кем-то на перекрестке объездной и поселковой улицы.

Место скоротечного боя узнаешь сразу. Как ни странно, но убитых не было видно. Бурые потеки, куски подвяленного мяса и высохшего дерьма. Много гильз, ошметок от снаряжения, разбитой утвари. Но трупы и оружие прибрано.

— Ни хрена себе тут замес был!

Михаил оглянулся и потащил напарника за собой в тень придорожных деревьев.

— Зато ясно, почему по тем домам, куда ход шел, прилетело.

— Промахнулись, что ли?

— Да у артиллеристов запросто. Они завсегда косорукие.

Вскоре к своему большому удивлению перед палисадником одного из дворов парни обнаружили на скамеечке мирно сидящего дедка. Разговор с аборигеном начал Семен.

— Деда, прикурить есть?

Старик открыл глаза и отрешенно посмотрел на молодых людей.

— Возьми спички.

Дед смолил самокрутку и безо всякого интереса смотрел на улицу.

— А что тут было? — кивнул в сторону перекрестка некурящий Михаил.

— Стреляли.

— Кто?

— Да хрен его знает, милок. Одни архаровцы с другими схлестнулись. Людей побили, дома. Не стало в государстве порядку. А сами вы, видать, не местные.

— Ага. Решили дядьку навестить.

— На пароме, значится, прибыли. А я уж грешным делом считал, что тот не ходит, — задумался старик. Михаил отвечать не стал, в таких ситуациях, чтобы не спалиться, лучше самим заваливать вопросами.

— Дед, а дальше по трассе как?

— Не знаю. Изредка машины проходят. Беженцев из города почитай, как две недели не видать.

Семен решил проявить инициативу:

— Колодца у тебя, дед, нет случайно! Попить и в дорогу водички набрать?

Старик окинул молодых грустным взглядом и встал со скамейки:

— Пошли, угощу. Вода у нас покамест бесплатно.

Пока парни возились с колодцем, старик принес немного огурцов и свежей зелени, а хитрый Семен как бы невзначай напросился в туалет. Мол прижало его, мочи нет. Пока тот под удивленным взглядом напарника удалился, дед начал выпытывать у Михаила новости. Пришлось отбрехиваться и, в конце концов, свернуть неприятный разговор.

— Сеня, что за дела? В кустах не мог посрать?

— Дурак ты, Миха, и не лечишься. Чем по-твоему простой народ нынче задницу подтирает?

— А… Ну и как?

— Сам глянь!

Семен прихватил с собой из деревянной будки нужника аккуратно нарезанных кусок газет. Старался брать передовицы. И чем больше Михаил вчитывался в заголовки, тем растерянней выглядело его лицо.

— Что за нафиг? Не было тут такого!

— То-то и оно. Ты еще не понял?

Крепыш остановился как вкопанный.

— Расщепление? Да ну… Это же огромная редкость.