Неспешный ход мыслей императора прервало появление младшей дочери Ольги. Буквально влетев в кабинет, она прошла через выставленных у двери гвардейцев, что сегодня выполняли роль дальней охраны. Плохой звоночек. Так гвардия может превратиться в инструмент борьбы за власть, как было во времена его предков.

— Папа, почему Холмский, спокойно ходит по коридорам дворца? — требовательно спросила Ольга и нахмурила брови.

— Тебе есть до этого дело? Мне кажется, сейчас ты должна заниматься чем-то другим, а именно важной для меня работой по контролю созданного под тебя ведомства. Результатов я не вижу долгое время. Где результаты, Ольга?

Великая княжна Ольга опешила от напора отца и не сразу нашлась, что сказать. Заготовленная речь была забыта и спектакль явно пошел не по плану.

— Как ты изменился, отец. Что с тобой произошло? — сбавила обороты великая княжна.

— Я нисколько не изменился в отличии от тебя, дочь.

Михаил IV устало прикрыл глаза. Ольга из любимой дочки превратилась в непонятно что. Все началось из-за смерти ее возлюбленного, который был опытным сердцеедом, а слуги не смогли ему вовремя доложить о произошедших с дочерью изменениях.

Гвардеец умер не за то, что распускал руки в сторону великой княжны, а за то, что не сумел держать язык за зубами. К гвардии всегда было особое, можно сказать, даже семейное отношение, но до определенной черты. Нет пути короче к плахе, чем распускать слухи об императорской семье.

— Как не изменился?! Анна сейчас на Дальнем Востоке и такое чувство, что тебе наплевать на ее полную самостоятельность. Ты не пошевелишься даже если она решит отделиться от империи. Холмский смутьян набирает популярность среди смердов и должен висеть на виселице, а Орловы обязаны выполнять повеления императора или гореть в своем же пламени, — не смогла сдержаться великая княжна.

— Кто говорит твоим языком? — резко развернулся император.

— Никто, — смутилась Ольга и с вызовом посмотрела отцу в глаза. — Я сама так считаю.

Неуверенность в собственных словах была понятна даже самой Ольге.

— Не ври мне! — правитель империи схватил за руку дочь и с угрозой произнес. — Скажи лучше сама, чем я начну развязывать языки твоей свиты.

— Хватит преследовать моих друзей и знакомых! Отпусти меня…

Ольга вырвалась из захвата и выбежала из кабинета напоследок громко хлопнув дверью.

— Позовите ко мне Кутесова и Головина. Сейчас же! — приказал в гневе император.

Стук каблуков адъютанта за дверью был ему ответом. Вскоре репрессивная рука императора начнет свою работу, и он узнает ответы на свои вопросы. Поведение младшей дочери нельзя было назвать обычным подростковым протестом против диктата родителей. Здесь видна чья-то рука и ему обязаны в короткие сроки доложить кто затеял опасную игру с его родной дочерью.