Вся округа давала ему тумака…
Текст был на любителя, но я перебивать не стала.
Под тихое ритмичное пение Августа меня быстро сморил сон. А разбудил легкий тычок в плечо и чей-то голос. Вроде знакомый. В голове была каша и я не сразу поняла, кому и что от меня было нужно. Дайте спокойно поболеть человеку!
— Елена, — снова позвали меня, и чья-то ледяная рука коснулась лба. — Горячая.
— Да она же вся горит! — зашипели на первого. — Щеки красные. Буди.
Я наконец разлепила веки, чтобы вежливо попросить не орать мне над ухом, и с удивлением воззрилась на сборище в людей в гостиной.
Глава 17-3
Кажется, у меня была горячка. Иначе я не могла объяснить, как в моей гостиной оказалось целых четыре человека.
Артур со своей мамой и Ян с госпожой Хильдой. Может у меня бредни или я все еще сплю?
— Слава всем богам, проснулась! — вздохнула мама соседа и поспешила ко мне с дымящейся металлической кружкой. — Леночка, выпейте отвара. Я добавила в него меда.
— Ой да не суйте вы ей свою отраву, — вклинилась госпожа Крюгер, встряхивая ртутный градусник. — Надо измерить температуру.
— По-моему и без градусника очевидно, что температура есть, — хмуро заметил Артур, укутывая меня еще двумя пледами сверху.
— Это не отрава! — обиженно бросила госпожа Хильда. — Это сбор полезных трав. С моего огорода.
— Они очень полезные, — подтвердил Ян, подкладывая мне подушек, под голову.
— Это бестолковые бабушкины методы, — отмахнулась мама Артура, принявшись отмерять количество капель в ложку из с виду аптечного пузырька. — Лечиться нужно современными средствами.
В общем и целом, мне была ближе позиция госпожи Крюгер, но и отказываться от заботы госпожи Хильды совсем не хотелось.
Кое-как устроившись на подушках, я обвела «бригаду скорой помощи» затуманенным взглядом.
— А как вы здесь оказались?
— Все потом. Сначала выпей лекарство, — сказал Артур не терпящим возражений тоном.
— Лучше отвар, — возразил Ян.
— Я выпью все, — заключила я и, пока не начались новые пререкания, тут же добавила. — Быстрее выздоровею.
В результате я попробовала и горькую микстуру от госпожи Крюгер, и пряный с медом отвар от госпожи Хильды. Меня так же напоили горячим чаем с малиной и заставили съесть целую тарелку куриного бульона.
Я почувствовала себя если не лучше, то определенно бодрее. Как человеку, не привыкшему сидеть на месте, мне была по душе вся эта сутолока. Пусть эти люди и спорили между собой, но невооруженным глазом было заметно, как они все обо мне беспокоились. Я шмыгала носом, чихала, у меня в конце концов слезились глаза, но настроение было не в пример утреннему, когда мне казалось, что я совсем никому не нужна.