Тушки монстров разрывало в клочья, крылья превращались в труху, кровь и внутренности образовали в небе кровавый туман.

Ударная волна докатилась до «Гордости», заставив дирижабль содрогнуться всем корпусом.

Мы заплатили за эту победу. Часть шрапнели, летящей вверх, достигла нашей палубы. Послышался металлический лязг, звон разбитого стекла, и кто-то вскрикнул от боли.

«Гордость» клюнула носом.

— Доклад! — рявкнул я, поднимаясь с пола рубки.

Цеппелин, с окровавленной щекой от осколка стекла, уже получал доклады от старшин.

— Три баллона повреждены! Мы теряем гелий! Теряем высоту, Кирилл!

— Спокойно, — сказал я, — это всего три баллона. Не упадём, ведь так⁈

— Нет! — твёрдо ответил Цеппелин, но было видно, что он сильно расстроен.

— Сначала курс на пятое плато. Мы не закончили.

Мы уже разворачивались, когда Кучумов, занявший свой пост и следивший за правым бортом, закричал:

— Справа по борту открылся портал!

Все повернулись. В пустоте, в нескольких километрах от нас, на высоте над шестым плато в воздухе разверзлась светящаяся воронка. Но из неё не высыпались полчища тварей.

Она была пуста.

И тут передатчик ожил.

— «Гордость», «Гордость», это «Морось»! Черепанов на связи! Вижу вас! Чем могу помочь? У нас на борту треть боекомплекта осталась, десяток боевых магов и команда, голодная до боя!

Я не смог сдержать вздох облегчения.

— Ефим Алексеевич, вы как нельзя вовремя! Смотрите, как мы сейчас будем бомбить. На вас последние три плато! Действуйте по нашей схеме! Координацию с вивернами вам передаст Ольга Потоцкая.

— Вас понял! Будет сделано!

Наше последнее, пятое бомбометание прошло почти на автомате. Я видел, как кратеры расцветают внизу, гася очередной портал. Казалось, самый страшный кризис позади. Мы сделали всё, что могли. Мы остановили лавину.

Едва «Гордость» закончила, наши союзники-виверны, устремились к «Мороси».

Мой дирижабль начал стремительно снижаться.

Громкая связь взорвалась голосами. Сначала хриплый, на грани срыва, голос капитана Пилютова с «Грозы», на фоне которого слышались взрывы и треск пулемётов.

— Кирилл Павлович! Мы… сели в эпицентре антимагической воронки! Корабль недвижим, отбиваемся… отбиваемся своими силами, артиллерией и холодным оружием! Магия недоступна! Но нас окружили! Нас сомнут! Если вы не вмешаетесь… нас сомнут!

Почти сразу же, словно накладываясь на этот сигнал, прозвучал голос с «Ливня». Капитан Ефимов говорил чётче, но в его тоне слышалась напряжённость.

— «Гордость», это «Ливень»! Мы держим периметр, начали зачистку плато. Маги продвинулись вперёд, но… но тут оказались платибелодоны Гереева! Нужна помощь с воздуха! Нужна артиллерия с антимагическими снарядами! Наши пушки разбились при посадке.