— Для малыша-червя смерть разумных Степных эльфов — всего лишь статья расходов? — поморщилась Лия.

— Кши-шииш, твое обращение превращает любую серьезную тираду в фарс, — развеселился я. — А насчет рабов горевать будем позже. Когда от фентлардцев оторвемся. Вот им вожжа под хвост попала. Воюют с соседним Боргатом, за шпионами гоняются, Черная Длань теракты в столице устраивает, а они разбойничьими делами промышляют. Золото затмило глупцам разум!

— Кто бы говорил! — возмутилась ушастая.

К вечеру мы достигли небольшой деревеньки, где и остановились на ночь. В любом случае мы и наши гурды не могли безостановочно катить по дорогам Вольных Баронств. Необходимо залечить раны, если мы хотим встретить врагов во всеоружии.

— Мои слуги ранены! Есть у вас целитель? — обратился я к старцам, сидящим на лавочке.

— Откель? Целителей у нас отродясь не водилось. Коли хотите помочь слугам — ступайте к знахарке Одноглазой. Она и мертвого на ноги поставит.

— Нечисть призывает⁈ — сразу насторожилась Лиетарис.

— Милостью Богов, конечно нет! — воскликнул старец. — Выражение такое в Никсе распространено.

— Кузнеца в деревне нет? — уточнил я. — Может, ему Красный эльф нужен?

— Мастер! — воскликнула Ниуру со своей повозки сердито.

— Нема, сударь.

— Ладно, где живет ваша знахарка? — спросил я.

Нам указали дорогу, и караван двинулся в указанном направлении. Деревня, как ни странно, тоже имела высокий частокол, который закрывал центр села. Однако возделываемые поля и простые лачуги крестьян или рабов стояли во внешнем контуре. Как пояснила Ниуру, в случае нападения или появления Черной Луны центр бил в колокол и созывал жителей в укрытие. «Кто не успел, того упырь съел».

Знахарка по прозвищу Одноглазая проживала в добротной бревенчатой избе. Несмотря на поздний час, она встретила гостей и выслушала нашу просьбу.

— Есть у меня снадобье целебное, поможем голубчикам вашим, — покивала старуха.

— Ваш профессионализм вызывает у меня большие сомнения, — оглядел я хату знахарки. На полках стояли склянки со странными существами или частями туш, засушенные головы, висели пучки трав и грибов. Сама дамочка выглядела побитой жизнью: женщина в возрасте в странных обносках и с растрепанными грязными лохмами.

— Ай, не смотрите вокруг. У меня немного не прибрано.

— Кстати, почему вас зовут Одноглазой? — поинтересовался я. — Вроде оба глаза на месте.

— А левый не мой. Ху-ху-ху! — засмеялась знахарка каркающим смехом. — Чтобы придать зелью сил, необходимо добавить осколок в котел. Чем выше качеством он будет, тем лучше.

Я покатал в руке красно-оранжевый осколок, взвесил все за и против, после чего все-таки решил довериться ведьме. Если бы она вздумала меня надурить, получила бы по своей немытой башке. Я расстался с дорогим осколком, а бабка принялась химичить в котле. Вернее, алхимичить.