Сборный отряд Сопротивления отступил и растворился среди зарослей и лесных троп. Минтарс даже время определил, когда им можно возвращаться в город.

— Вы через обычные ворота проходите, или у вас есть свои пути? — уточнил Хоран.

— Есть варианты, — уклончиво заметил член Сопротивления. — Думаю, вам пока не следует о таком беспокоиться.

— Мне нужно будет предъявить что-нибудь темным.

— Есть один старый подпольный храм Ниликора. Он Сопротивлением почти не используется. Можете сдать его темным. Я дам адрес.

— Пойдет. Хорошо, если там будет пара-тройка прихожан.

— Мы же не Черная Длань. Сопротивление не жертвует своими! — возмутился Минтарс.

— Эх, тяжело работать с моралистами… — пробормотал Мрадиш про себя.

Хоран обсудил что-то с Минтарсом вдали от остальных. Ниуру не слышала, о чем они разговаривали. Затем коалиция повстанцев распалась. Все направились своими маршрутами.

Отряд Мрадиша двинулся в Гронкани. В Темной Обители Ниуру ощущала себя вполне комфортно, тогда как остальные ежились и морщились. Темные эманации давили на них.

В городе-крепости имелись многочисленные увеселительные заведения. Трактиры, столовые и даже публичные дома. Солдатам и жрецам надо же где-то расслабляться. В Длани не насаждалась аскеза и ограничения. Главное не пускаться во все тяжкие, а в остальном всем плевать, где ты тратишь свое жалование и где проводишь досуг.

В первой половине дня они наездились и набегались, так что заглянули в один из местных трактиров.

— Тут даже грибной эль есть! Мне все больше нравится Тьма! — воодушевился мастер.

— И правильно! Налейте мне тоже вина!

— Тебе выпивка противопоказана, тем более в разгар дня.

Вот же диктатор лысый!

Кто знает, быть может, Хоран все-таки перейдет на сторону Тьмы. Ниуру готова была принять любое его решение. Тьма ведь не означала, что они будут служить идиотским божкам и подчиняться жрецам. Это просто стихия, как постоянно говорил мастер.

После сытного обеда они направились по встречам с верховными жрецами. Всех Ниуру не запомнила по именам, но бледного типа в теле мальчишки точно не забудет еще долго. Ургнаша она тоже помнила прекрасно. Белокожего брюнета с глазами-омутами. Презренный любитель маленьких девочек, по которому давно разожжен костер.

Тот, кто походя чуть не уничтожил ее родное поселение. Канту-Бейси эльфийка раньше не любила. Ненавидела, можно сказать. Однако ее мнение резко изменилось после посещения. Да и в любом случае она обязана отомстить за соплеменников. Канту-Бейси всегда сосуществовали мирно с людьми. Они не заслужили подобной участи.