Процесс пошел, и мы включились в работу. Провести психологический тренинг с пациентом, привязать его к кровати, заткнуть рот кляпом, поковыряться щупом, и готово — следующий!

Совсем нищих мы отсылали, но и прям лучших пациентов не ждали. Все равно я планировал провести в городе несколько сеансов, надеясь, что мы в Ичхари задержимся.

Действие осколков и пилюль быстро сходило на нет, бюджет потихоньку наполнялся золотом благодарных пациентов. Наконец и Лейна достигла границы текущего ранга.

— Наставник, я чувствую, как магия вибрирует внутри меня! — оживилась девочка.

— Отлично — остался последний рывок. Зови Ульдантэ и бери зеленый осколок. Пока я не слишком устал, лучше займемся Лунной в первую очередь.

— Хоран, там тип из канцелярии подошел, — донесла нам Ниуру.

Мы вышли наружу и встретились лицом к лицу с чиновником из канцелярии города, визит которого был нами вполне ожидаем:

— Что за шуточки, сударь Мрадиш! Вы занимаетесь целительством проклятий без лицензии! Вводите народ в заблуждение! В империи только профессиональные целители имеют право лечить проклятье. Это слишком опасное дело, чреватое смертью и увечьями больных!

— Вы ошибаетесь, сударь. Я занимаюсь разумотерапией, а не лечением проклятий, — покачал я головой.

— Что?

— Мои пациенты подтвердят, не так ли? — обвел я взглядом толпу. — Ведь если бы я действительно занимался лечением проклятий без лицензии, мне пришлось бы платить большие штрафы. И, к сожалению, прекратить свою деятельность…

— Нет-нет, господин Мрадиш ничего не лечит, — влезли благодарные пациенты. — Он, это самое, разум терапевтирует. После разговора с ним на душе становится намного легче!

— Оставьте господина в покое! Никому он ничего не исцелял!

— Но это ради вашего же блага… — растерялся служащий канцелярии.

На бедного чиновника насели с разных сторон как уже исцеленные пациенты, так и стоящие в очереди. Им не хотелось упускать такой прекрасный шанс избавиться от мучившего их недуга.

— Хорошо! Занимайтесь этой вашей… Разумотерапией. Однако я составлю отчет начальству о вашей подозрительной деятельности, сударь Мрадиш.

— Вы хотите об этом поговорить? — участливо заметил я. — Вижу, что у вас на работе постоянные проблемы. Давление начальства? Возможно, издевательства коллег? Скажите, какие у вас были отношения с отцом в детстве?

— Это здесь причем? Оставьте меня в покое!

Чиновник спешно удалился с площади, не став чинить нам препон. Народ воодушевился, как и я.

— Молодчины! Первое правило клуба разумотерапии — никому не говорить о клубе разумотерапии, — прижал я палец к губам. — Ульдантэ, ты следующая!