— Я рада всех вас видеть в своем дворце, — произнесла она, слабо улыбнувшись, — как вы знаете, наш император вновь на своем месте. В связи с этим у меня есть вопрос ко всем вам. Какие у кого есть мысли?

— Нас волнует не Василий, — подал голос один из князей, — нас волнует сопляк Бестужев. Мария Федоровна, тебе не кажется, что у него стало слишком много власти? А теперь его еще хотят сделать великим князем. Титул, что до этого был доступен только нашему клану.

— Меня саму это все немного настораживает, — княгиня медленно кивнула, — однако князь Бестужев лоялен трону. Он многое делает для императорской семьи. В свое время я общался с этим молодым человеком и могу сказать, что он все прекрасно понимает.

— Все так говорят в начале, — пробормотал тот же князь, — никому этот сопляк не нравится. А учитывая, что Василий хочет сделать сестру Бестужева императрицей, так и вовсе они в скором времени будут ходить во дворец как к себе домой. Не доверяю я этому роду.

— Миша, ну мне-то не заливай, — княгиня иронично улыбнулась, — всем известно, что ты хотел подсунуть царевичу дочь одного из своих друзей. Так что дело не в заботе.

— А даже если и так, то что? — князь хмыкнул, — от этого ничего не меняется. Бестужевы не достойны быть так близко рядом с троном. Нет у них такого права.

— И кто попробует у них это право отнять? — княгиня усмехнулась, — ты? Или кто-то из вас? Ни у кого нет достаточно сил, чтобы решить вопрос с ним силой. Так что меньше громких слов. Лучше давайте обсудим, как действовать дальше. Наша земля стала еще больше, а значит, придется обновить старые чары, — в голосе княгини лязгнула сталь, — защита должна работать, и вам это не хуже меня известно. Поэтому первый вопрос на повестке дня — это работа на севере. Приступим к голосованию.



* * *

Москва. Особняк Бестужевых. Полтора часа спустя.

Глядя на сестру, одетую в бордовом платье с длинным вырезом, я в очередной раз удивился тому, как быстро, оказывается, она умеет собираться, когда это надо ей. Стоило мне только сказать о том, что царевич зовет нас в Москву, как она пулей метнулась в свои покои, по пути клича слуг. И вот через полтора часа она спустилась вниз писанной красавицей, а Эллор порталом отправил нас сюда, в московский особняк.

— И чего ты так на меня смотришь? — голос сестры выдернул меня в реальность.

— Да так, любуюсь, — я улыбнулся, — у царевича нашего губа не дура, однозначно. Только ты помни, сестренка, если Дима решит свой характер показать, терпеть не надо. Ты мне сразу скажи, а там я быстренько вопрос решу.