— Вот как⁈ — искренне удивился Плевако, — А как же указанное в паспорте? Село Смородина…

— Послушайте, Аркадий Францевич, вам нужна моя история или будете перебивать на каждом слове? — возмутился палач.

— Да, да, не перебиваю, — поспешил оправдаться Плевако за непрофессиональную реакцию.

Ему не требовалось знать всю подноготную Ахматова, но если Лев понял его просьбу так буквально, Плевако с удовольствием послушает эту историю.

— Отец мне не родной. Кто мой биологический отец, матушка не рассказывала. Да я и не спрашивал. И всегда обходили стороной все упоминания о ее прошлой жизни. Потом у родителей появился Олег — мой брат. Жили мы бедно. Отец работал на земле, мы с братом помогали ему в меру своих сил. Возделывали пашню, занимались уборкой урожая. Денег едва хватало взять зимнюю обувь. Но ели мы сытно. Тогда я и зарекся, что мои дети не будут испытывать нужды в чем-либо.

Окончил школу с золотой медалью. Часто был бит старшими и бил в ответ. Не знаю, нужны ли такие подробности? — поднял голову Ахматов, чтобы посмотреть на реакцию адвоката.

— Нужны, — коротко подтвердил Плевако.

— Хорошо. Был один эпизод в восьмом классе, когда я использовал дар хронума против одного зарвавшегося юнца, обидевшего моего брата. Это сошло мне с рук. Я начал использовать свой дар чаще. Установил власть в школе. Начал собирать деньги с бывших школьных бандитов. Тогда я стал бандитом. Слабых мы не трогали, только тех пиздюков, что мнили из себя аристократов или противились «новой власти».

— Тут попрошу поподробнее.

— Что именно вас интересует?

— Почему вас не забрали в школу для одаренных? Я так понимаю, ваш брат тоже одаренный?

— Тоже одаренный, — подтвердил Ахматов, — Это здесь, в столице, закон работает, а прокатитесь чуть дальше по нашей необъятной родине… Не было до нас государству никакого дела!

— Ясно. Вы жалеете о своих деяниях?

— Нисколько. Либо ты прогибаешься под чужую систему, либо выстраиваешь свою. И, поверьте, под так называемой тиранией молодых Ахматовых, несправедливости в школе стало меньше.

Плевако тем временем набрасывал портрет своего подопечного. Ведь в детстве закладывается фундамент, основа человека. Даже мелкие, ничего не значащие факты из жизни юного Льва, могли дать толчок в нужном направлении. А сейчас любая информация могла пригодиться в суде.

— Дальше я поступил в университет и окончил его с красным дипломом…

— Позвольте вас перебить, Лев. Вы упустили упоминание о Денисе Колесникове. Кем он вам приходился?

— Другом.

Плевако ожидал большего, но Ахматов намеренно пропустил эту часть.