«Лев, хватит думать, за тебя уже все решили! Действуй по обстоятельствам! И хватит, сука, ныть! Действуй!»

На этих мыслях я вернулся в реальность. Дверь в усадьбе распахнулась и из нее вышел заспанный хакас — лекарь девятого ранга — и Молох.

— Лев Константинович, пройдемте в дом. У вас есть кушетка? — обратился ко мне хакас Маствей. На будущее решил запоминать своих людей по именам, а не обращаться к ним обезличенно. Вспомнил, что один из американских президентов знал все о своих людях. Вплоть до имен их детей и родственников. По мнению большинства, такое отношение к окружающим добавляло уважения к руководителю. Почему бы и мне не последовать его примеру?

— Да, Матвей, — решил все же переиначить его имя на нормальный лад, — пойдем, покажу тебе медкомнату.

В нее мы зашли втроем. Матвей все позевывал, но выражать недовольство не решался, Молох просто сидел и потягивал ароматный чай, в котором чувствовались хакасские травы, столь ему полюбившиеся в Сые.

Комната была оборудована по последнему слову техники. Был даже аппарат МРТ, но полки с инструментами пылились в ожидании своего часа. И вот он настал: хозяин поместья впервые удостоил эту комнату своим приходом. Боюсь, что не в последний раз.

Матвей осмотрел убранство комнаты, восхитился богатством полок. С умным видом покрутил в руках бутыльки, поставил их обратно. Уверен, он ни хрена не понимал в обычном врачевании, лишь делал вид.

Меня уложили на кушетку, сказали снять все.

Что, даже трусы?

«И их тоже», — сказал Матвей и начал делать мне массаж всего тела. Якобы разгонял кровь. Из его ладоней полилась живительная энергия, ласкала каждую мою клеточку. Я был подключен к аппарату, следящему за ритмами сердца, и на моих глазах пульс, а значит и биение сердца приходили в норму. Только вот мне казалось, что мягкие руки сорокалетнего девственника были слишком мягкими и часто задерживались в районе бедер. В углу комнаты раздавались сдавленные смешки Молоха. Что его там позабавило, я не хотел узнавать. Может, анекдот какой вспомнил.

— Мне помогало кровопускание, — хотел поучаствовать я в своем лечении.

— А можно подробней, Лев Константинович? Чем вы больны и какое лечение давали Воину Света?

— Отравился кровью Асмодея.

Матвей вздрогнул от моих слов, из рук выпало что-то стеклянное и с треском разбилось о кафель.

— Возьми себя в руки, неженка, и сделай, что я говорю, или вали обратно в свою Хакасию! Выпусти. Мне. Кровь! — проговорил каждое слово с нажимом.

— Да, да, извините. Просто в голове не укладывается. Воин Света… Кровь Асмодея…