Девушка подняла лицо и подставила его падающему свету солнца.
— Я просила и умоляла Свет дать нам ещё один шанс. Я обещала ему, что мы никогда не забудем его помощь и будем вечно ему благодарны. И Свет ответил на мои молитвы! В благодарность за победу над вами, избранные Тьмы и Кошмара, как свой приз я выбрала лекарство от Чумы. Да, я отказалась от своей награды ради избавления от Чумы. Я готова пойти на эту жертву.
Лиан хмыкнула и с нашим молчанием это прозвучало оглушительно громко.
— Наверное, вы сейчас думаете, а что если так поступить и нам? Победить двух избранных и взмолиться о помощи стихии? Но вы забываете о двух вещах. Во-первых, стихия сама решает, чем нас наградить. То, что я сумела вымолить награду, стоило мне многих недель молитв. У вас нет на это времени. А во-вторых, Кошмар и Тьма никогда не славились умением лечить, у Света же такой аспект вполне себе есть. Лишь я способна помочь этому миру.
Золотоволосая скучающе подняла руку и посмотрела на свои ногти.
— И хоть я знаю, что это бесполезно, ведь такие темные твари, как вы, никогда так не поступите, но я всё же спрошу. Позволите ли вы добровольно убить вас, чтобы моя награда исцелила всех в этом мире от болезни? Пожертвуете ли вы своими жизнями во благо всех остальных людей? Или вы будете трусливо цепляться за свои жизни? Обещаю, в случае вашей жертвы, я помилую всех, кто следовал за вами. Да, они никогда не получат возможности проповедовать о своих стихиях, но они будут жить.
Наше мрачное молчание было единственным ответом.
— Тогда вы выбрали смерть, — просто заявила Таймин, небрежно летя назад и возвращаясь к своим войскам. — Но когда всё закончится, никто и никогда не вспомнит ваших имён.
Глава 24
Наверное, со стороны мы выглядели разочаровывающе. Пропыленные, грязные, кашляющие и прихрамывающие. Многие из практиков щеголяли ранами, полученными в прошлых битвах и которые просто не успели зажить.
Исчезли армии из сотен практиков, смытые волной из крови множества войн и сражений. На место сотен пришли в лучшем случае десятки, но даже так война и не думала стихать.
Уцелели лишь самые сильные и хитрые. Те, кто вопреки всему цеплялись за жизнь и шансы, какими бы ничтожными они не казались.
Не было никакой тактики или стратегии. Встреча произошла столь внезапно, что никто из нас не был к ней готов.
Две волны практиков бросились другу к другу, обмениваясь самыми быстрыми техниками, что только успели скастовать, и тут же разрывали дистанцию, до предела напрягая каналы ци, чтобы выдать что-то ещё более убойное. В то же время немногие уцелевшие монахи наоборот стремились сократить дистанцию, чтобы реализовать своё преимущество в ближнем бою.