— Слышь, Серый! Айда с нами к старому Ли! У него пельмени классные и чай он заваривает — закачаешься!

Против чая я устоять уже не мог, поэтому хотел уже было окликнуть тётю. Но она и так обернулась на этот крик и просто махнула мне рукой: мол, делай, как хочешь. Ну я и пошёл обедать с ребятами — моими сверстниками. Компашка, кстати, не просто так: эти ребята уже подрабатывают у Макарыча и гуляют на свои. Потому среди остальной молодёжи они в авторитете. Я хоть и барчук, но у Макарыча тоже не стою в сторонке, на посмотреть как надо работать, а участвую в процессе, хоть и на периферии и мне, кстати, тоже сколько-то рубликов за участие в работе перевели. Так что я тут тусуюсь на всех основаниях, на равных, можно сказать.

Ну вот, сидим, трындим, поглощаем пельмени (действительно вкусные) запиваем чаем (реально хороший). Коснулись темы: А чего это барыня тут сидит, как лягушка на болоте? Другие царские наложницы завсегда во дворце жили! Лёха недоволен, остальные смотрят на меня. Пожимаю плечами и подтверждаю, что тётя Лиз с императрицей лучше чем лучшие подруги, Его Величество их обеих чуть не на руках носит. Так что семейными размолвками тут и не светит.

— Я ж тебе говорил! — многозначительно воздел палец к небу Федя — старший в этой компании.

— А чего ты говорил? — уточняю самым безразличным тоном.

— Да Федька у нас самый коренной тут, — хмыкает Лёха, — больше всех про всё знает.

Тут значит прошла волна коротких препирательств на тему «расскажи, да расскажи!». И хотя все кроме меня уже слышали эту историю по много раз, мальчишки были не против ещё раз пощекотать свои нервы тайной.

— Ну я же уже рассказывал… — проворчал Федя, но за напускной ворчливостью видно было, как глазки-то светятся гордостью. И он поведал…

Если оставить за скобкой многочисленные смешки остальных ребят, хождения круг да около, по кругу и разжёвывание очевидного, получается примерно такая картина: Озеро, посреди которого стоит наша крепость — искусственное, получилось от того, что тут копали песок ещё до Тёмных Веков. Копали то очень активно, то совсем останавливались, но в конце концов докопались до скального основания — те самые известняки, из которых в своё время построили белокаменный московский кремль. Кстати, каменоломни, в которых этот известняк добывали до сих пор сохранились на другом берегу Москвы-реки. Котлован, естественно, залило водой, так образовалось это озеро. Песок в конце концов закончился и тогда взялись за известняк. На другом берегу Москвы-реки добывать известняк нельзя, согласно Его Императорского Величества именного указа — чтоб природу совсем уж не разорили — потому ломали камень на дне озера. Дело это дорогое, даже для технологий 4-го тысячелетия, спрос на камень не велик, поэтому процесс шёл ни шатко, ни валко. До тех пор, пока Одинцовы не нашли что-то в толще древних известняков. Что-то очень важно, такое, что заметно подтолкнуло медицину и генетику. Федя это особенно подчеркнул: