Я внимательно оглядывался вокруг. Тучково — столица удельного княжества, по меркам моего времени — райцентр. Соответственно, само удельное княжество соответствует району. На всякий случай: великое княжество это как субъект федерации в России образца начала XXI века, а баронство — сельское поселение. Имперское княжество — случай особый, по масштабам обычно соответствует удельному, а по статусу — великому. Но об имперских княжествах (и князьях) как-нибудь в другой раз, тема интересная и для меня животрепещущая. А вот Тучково — первый город, в который я выбрался самостоятельно. Повезло, что я знавал этот городишко (ещё не бывший райцентром, да и вообще числившийся посёлком городского типа) и в первой моей жизни. Так что, есть с чем сравнивать. Итак, райцентр… простите, столица удельного княжества образца 42 века от Рождества Христова: Сам город стал компактнее и от старой его планировки ничего не осталось. Структура — обычная для провинциальных городов всех времён: ближе к центру стоят «городские» многоквартирные дома, окраины заняты «частным сектором» и напоминают большую деревню (чем, по сути, и являются). Улицы несколько шире, чем в моё время, дома… ну, об этом я уже говорил. Коробка с окнами была популярна ещё в древнем Египте. Сейчас же, спасибо продвинутым технологиям, к большинству домов — «городских» — пристроено, хотя бы с одной стороны, что-то типа оранжереи. Правда, чаще всего, домовладельцы не жмотничают и накрывают дома этой оранжереей полностью. В частном секторе такое тоже встречается, но редко. Сами дома… как бы это сказать… в общем, в Москве они у хоженые, а вот в Тучково понимаешь: даже самые продвинутые материалы можно довести до обшарпанного состояния. И вообще, этот самый Ленинец-на-озере больше похож на город, чем столица удельного княжества, хотя и живёт на озере народу в трое меньше, чем здесь.
Но в целом, если не смотреть на дороги и народ на улице, можно и забыть, что с моей смерти прошло 20 с небольшим веков. А если посмотреть…
Глава 17 Подарки из прошлого
…Конечно, чистый белый снег можно было встретить в провинциальных городах и в моё время, но вот спешащие по сорокаградусному морозу голые и почти голые женщины и мужички в лёгких летних рубашках — я даже заметил одного в футболке, шортах и панаме! — вызывали некоторый когнитивный диссонанс. На этом фоне даже самоходные сани, словно сошедшие с билибинских иллюстраций и мужик в строгом деловом костюме, неспешной рысью прогарцевавший куда-то верхом на шерстистом носороге, смотрелись как незначительное дополнение к антуражу.