На этом бой можно было заканчивать. Серов точным ударом вскрыл противнику вены и прорезал мышцы до кости. Правая рука барона стала полностью недееспособной, и он стал каждую секунду терять кровь. Капитан, было думал, что противник действительно признает себя побежденным, поэтому слегка расслабился, за что чуть не поплатился. Барон оказался более серьезным противником, не смотря на боль, он перехватил нож в левую руку и сделал отчаянный выпад всем корпусом. «Зазевавшийся» капитан успел только чуть-чуть довернуть корпус так, что нож не продырявил ему печень, а лишь слегка распорол кожу. Тут уж ни о каком почетном поражении не могло быть и речи. Подстегнутый резкой болью в боку, капитан, слегка оттолкнув вытянувшегося барона от себя левой рукой, а правой нанес косой удар сверху вниз в область шеи. Он настолько разозлился, что слегка перестарался с силой удара и нож, рассекши мягкие ткани, завяз в позвоночнике.

Тяжело дыша, Серов склонился над мертвым уже противником и рывком выдрал из раны оружие. Нож ему был совершенно не нужен — просто сработала привычка, не бросать где попало оружие. Подобрав нож, он поднял голову и огляделся. Вновь появилось ощущение того, что он гладиатор на сцене римского цирка. Собственно, сравнение напрашивалось само собой: он стоит над поверженным врагом, весь в крови (не очень удачно резанул по шее и конечно же изгваздался с головы до ног), а на трибунах беснующиеся зрители. Только императора не хватает, который подарил бы рабу-гладиатору волю.

«Ага, — вспомнил Серов латинское изречение из учебника по истории — Аве Цезарь[1], моритури те салютант».

Еще раз обведя глазами трибуны — особенно внимательно выцепив взглядом из толпы своих «политических оппонентов» — он не торопясь направился в сторону донжона. Очень хотелось полежать в ванной. Вот только ванны в замке не было — как уже говорилось, аборигены с некоторым пренебрежением относятся к гигиене.

«Ничего, все свалят, первым же делом прикажу срубить баньку. Хватит пенициллин в волосах разводить. Благо дело не то, чтобы очень хитрое. Объясню местным умельцам, как и что делать — пусть думают».

Войдя в свои покои, капитан распорядился принести ему теплой воды в тазе, поставив себе в уме небольшой минус, за то, что не озаботился этим до начала представления. Теперь приходилось сидеть и ждать, рискуя заляпать кровь всю комнату. Дабы этого избежать, Серов решил, как минимум, снять с себя запачканную одежду.

В этот момент в дверь в комнату распахнулась, и внутрь вошел маг.

— Молодец, — Ариен хлопнул друга по плечу, — я в тебя верил. А, как ты его, а он тебя, а потом ты опять его… Какое зрелище, — и без перехода, — тебе помочь? Может нужно перевязать рану.