Если я — проводник и связана с Татьяной, то мне нужны её вещи. Попробовать через них вызвать видения или что-то ещё, что поможет увидеть тот день. Но как понять, какие из вещей на чердаке принадлежат ей?

Фотографии! Точно, посмотреть в фотоальбоме!

Снова порадовавшись своему уму, работающему даже через мигрень и после кошмара, я полезла на чердак. Ваня позвал меня из зеркала, но я не остановилась. Я доведу дело до конца, отправлю его назад или куда-то ещё, и для этого не придется даже разговаривать с ним.

На чердаке я сначала спрятала коробку, засунув ее за сундук. Потом достала всю одежду и разложила перед собой. И что из этого могло принадлежать Татьяне? Да всё! Я не очень разбиралась в древней моде, как и в истории.

Из второго сундука я вытащила фотоальбом и открыла первую страницу. Снимки были ужасного качества, и одежду сложно различить. По цвету — невозможно, только по каким-то конкретным деталям. На одной фотографии Татьяна в платье с высоким воротником — в таком же, как она на портрете. Но в сундуке этого платья точно нет. Ещё были наряды с пышным манжетами, с большой юбкой, с россыпью камней. Ничего из этого не сохранилось.

Я перевернула страницу. На одной из фотографий она была в темном платье с прямой юбкой и большим воротником. Кажется, такой наряд был. Я вытащила платье среди горы других и сравнила с фотографией. Да, точно оно. И в нем же я нашла письмо! Черт, ну это же логично!

Так, платье есть, и что дальше? И только я хотела прижать его к себе, понюхать или сделать какую-то другую глупость, как в доме прозвенел «динь-дон». Выругавшись, я спустилась вниз, закрыла чердак и убрала в сторону стул. Ну и кто там? Полиция нашла воров? Никита?

Пока шла до прихожей, перебирали варианты. Открыла дверь и поняла, что это логично. Президенты.

— Здравствуйте. Как ваше здоровье? — спросил седой мужчина.

— Мы пришли через неделю, как и договаривались, — сказал второй. — Обсудим?

— Да, — ответила я. — Вы знаете, я сейчас решаю этот вопрос с юристом — могу ли я обойти завещание. И как это сделать правильно.

Они едва заметно улыбнулись, услышав, как я красиво вру.

— Сколько вам времени нужно на это? — спросил седой.

— Сколько вы готовы предложить за дом? — не ответила я.

Они переглянулись.

— Шесть миллионов, — сказал крашенный.

— Шесть? — возмутилась я. — За дом 19 века? С таким огромным участком? Нет, это не серьезно. Я уже присмотрела себе похожий дом, и он стоит десять.

Они снова переглянулись.

— Это обсуждаемо, — нерешительно сказал седой.

— Юрист обещал решить вопрос примерно в течение двух недель, может больше. Вы тоже пока подумайте над ценой, — уверенно сказала я.