— Но зачем? Это же не жизнь.

— Я уже не помню, что такое жизнь. Для меня это быть рядом с тем, кто дорог. И сейчас, спустя сто тридцать пять лет, я впервые начал жить.

Я подняла голову и посмотрела в его грустные глаза.

— Я покажу тебе, — сказал он. — Встань спиной к зеркалу и закрой глаза.

Я покорно поднялась со стула и повернулась спиной к туалетному столику. Замерла в ожидании.

— Закрой глаза и не смотри. Только чувствуй.

Я закрыла глаза и сначала почувствовала тепло перед собой. Сердце забилось сильнее, но я не двигалась. Вросла пятками в пол в предвкушении.

Теплое облако оказалось совсем рядом со мной. Потом оно медленной волной прошлось по щеке, и я невольно ахнула. Хотела открыть глаза и посмотреть, но боялась спугнуть этот миг, это невероятное чувство невесомости.

Тепло коснулось моей ладони, и я машинально сжала пальцы, но они схватили только воздух, и я разжала руку.

— Ты чувствуешь? — тихо спросила Ваня.

— Да, — прошептала я и сглотнула. — Не останавливайся…

Он снова провел по щеке, и тепло замерло на коже лица. Внутри защемило так сильно, что я перестала дышать. И он коснулся губ. Легко, словно пощекотало перышком, но кожа покрылась мурашками.

— Не прогоняй меня, пожалуйста, — прошептал он. — Я хочу остаться с тобой.

— Ваня… Но как мы… Я же состарюсь и умру. А ты останешься совсем один.

— Пусть. Ради этих счастливых лет я готов, — сказал он и снова коснулся губ.

И этот нереальный, несуществующий поцелуй был самым чувственным, самым приятным в жизни. Я утонула в нем, погрузилась с головой и растворилась, как сладкая вата в воде. Казалось, что у меня больше нет тела. И меня больше нет.

— Я не прошу ничего, — так же тихо сказал он. — Я знаю, что ты заслуживаешь нормальных, живых отношений. Но позволь мне просто быть рядом. Просто смотреть на тебя, на твоих детей, на твою жизнь.

— Если ты будешь рядом, я не смогу…

— Сможешь, когда поймешь, что я всего лишь лицо в зеркале. А я не буду мешать тебе. Обещаю.

— А если… дом заберут? — спросила я, продолжая ощущать тепло на руке, щеке и возле губ.

— Значит, все решится само.

Я вздохнула и открыла глаза. Повернулась лицом к зеркалу и увидела, что Ваня стоит позади меня.

— Нет, — твердо сказала я. — Это не выход. Я отправлю тебя назад, и ты появишься в своем времени. Про меня ты даже не вспомнишь.

— Но я не хочу забывать тебя, — сказал он, и я видела в зеркале, как его руки обнимают меня за плечи.

— Ты ставишь мне сложный выбор. Все эти проклятия… Я не просто так увидела тот сон с Татьяной. Я могу не дожить до зимы, и что тогда будет с тобой?