Складывающаяся ситуация беспокоила. В спальне был прикован сумасшедший лекарь, которого предстояло допросить, а вот Алдис. Что же с ней такое? И что за белиберду нес врачеватель?
Ривер устало вздохнул. Ему никогда прежде не приходилось так отчаянно о ком-то заботиться. Эти дни показались безумными.
Попытки вылечить ее, проверки, все ли с ней хорошо. Голова Ривера шла кругом.
В гостиную зашел потрепанный Дарон. Он выглядел угрюмо. Пройдя, сел напротив Ривера, глядя глаза в глаза.
- С ней все нормально?
- Да. Отоспится и придет в себя! – ответил Дарон, скрестив руки на груди. – Как так вышло, что ее отравили? Кто посмел?
- Лекарь, которого я вызвал!
- На кой черт ты его вызвал? – нахмурился Дарон.
- А что я должен был сделать? Вылечить сам я ее не смог, вот и пришлось. Я не думал, что все так обернется. Чем она больна? Она вскользь упоминала, что страдает от переизбытка магии, но я не думал, что все настолько плохо.
Дарон вдруг сменил гнев на милость. Глаза его наполнились печалью. Он устало вздохнул.
- Она страдает этим с рождения. Магия начала выпивать из нее жизнь, но наша бабушка нашла решение. Я не знаю, что именно она сделала, но она ушла из деревни вместе с Алдис. Их не было несколько дней, а когда они вернулись, у Алдис уже был этот кулон. Без него она умрет. Ее магические силы разрушительны. Ей опасно снимать его, – рассказал Дарон.
- Этот лекарь нес какую-то ахинею про Алдис. Что она уничтожит себя и всех, кто вокруг. Что магия взорвет ее… - Ривер стиснул губы.
- Где этот урод? Я хочу с ним поговорить! – Дарон встал с дивана.
- Не буду мешать тебе выбивать из него дурь, хотя боюсь, что я с этим делом слегка перестарался! – Ривер хмыкнул.
Вместе с Дароном они поднялись по лестнице на второй этаж. В нос ударил едкий запах гниения. Ривер остановился, не понимающе переглянувшись со сморщившим нос Дароном.
Запах шел из комнаты Ривера. Когда они вошли туда, он потерял дар речи. Лекарь был мертв и разлагался.
Глаза его были закатаны, лицо искажено в ужасе, а руки и ноги вывернуты наизнанку. Кожа почернела.
Из носа, ушей и рта вытекла темно-коричневая жидкость, а вокруг роились мухи, выпадали личинки.
Дарон съежился от отвращения и вылетел из спальни. Ривер же стоял в растерянности.
- Ты сказал, он живой! – донесся голос из коридора.
- В том-то и дело, что был живой. Я не понимаю. Он выглядит так, словно ему больше недели.
Ривер вернулся в коридор, закрыв дверь, просто не представляя, что делать дальше. Нужно было срочно избавиться от трупа. Дарон стоял, опершись о стену, и отчаянно боролся с тошнотой.