Обычно, утратившие надежду узники теряли надежду и испытывали безразличие к своей жизни.
До этого момента Ривер не понимал, сколь ценна для него жизнь.
Видимо, есть хоть один плюс в проклятии и происходящих событиях: начинаешь ценить то, что имеешь.
Его пытали в попытках выбить сведения. Ривер упорно молчал, научившись игнорировать как унижения, так и пытки.
Он не должен сдавать им Алдис. Страшно представить, какая участь будет ожидать ее, попади она в лапы к ним.
Силы покидали все стремительнее, но Ривер держался, отчаянно цеплялся за жизнь. Это не мог быть конец.
В это утро его разбудил скрип двери темницы. Ривер открыл глаза, увидев пред собой епископа.
Райсопу нравились его страдания, он хотел сломить его, заставить молить о пощаде.
- Ну, здравствуй, Ривер. Ничего не хочешь мне сказать?
Ривер упорно молчал, лишь смерил епископа злым взглядом.
- Ну что ж, тогда молчи. Все мы знаем, что ты был не один. Бастиан знает эту ведьму, он найдет ее. В твоих интересах начать сотрудничать с нами. Я понимаю, ты, вероятно, обижен и зол. Эмоции часто затмевают голос разума. Но я готов пойти на уступки, если ты будешь помогать.
- Вы держите меня тут на подножном корму, как скотину, и ожидаете, что заточение напугает меня? – Ривер хмыкнул. – Если бы вы хотели убить меня, то сделали бы это уже давно. Я нужен вам живым. Мне бояться нечего. И я уже говорил. Я был один!
- Ложь! – яростно закричал епископ. – Очень скоро мы приведем к тебе твою подружку, и тогда вдвоем вы запоете иначе. Ты-то нет, ты пропащий человек, а вот она вряд ли выдержит.
Ривер сжал кулаки, дернув кандалами. Он нервно выдохнул, пытаясь подавить гнев от слов епископа.
Епископ подошел ближе, окинув Ривера высокомерным взглядом.
- Человеческие чувства - лучшее доказательство. Эта ведьма тебе небезразлична, тем приятнее будет пускать ей кровь.
Ривер рыкнул и дернулся снова, но кандалы не поддались. Райсоп самодовольно хмыкнул, отходя в сторону.
В темницу вошли два стражника. Епископ с усмешкой кивнул им.
- К столбу его. Тридцать ударов плетьми выбьют из него всю дурь.
В сопротивлении не было смысла. У Ривера не было сил, чтобы противиться. Его тащили против воли, и он никак не мог этому помешать.
Райсоп в отчаянии. Ривер сразу понял это по его глазам. У них нет на него рычагов давления. Через боль воздействовать бесполезно, а вот через Алдис.
Ривер закрыл глаза, видя перед собой ее черты. Главное, чтобы ее не поймали. Она должна бежать.
Солнечный свет ударил в глаза, когда его вывели из храма и, усадив в повозку, повезли на центральную площадь. Ну, конечно, куда же еще.