Дети возвышались над ней, хихикая, выкрикивая гадкие прозвища, не намереваясь останавливаться.
- Я не понимаю! - против воли губы Алдис задрожали, а глаза наполнились слезами.
Непередаваемое чувство обиды охватило ее. Сквозь слезы она пыталась доказать хоть что-то, но жестокие дети только сильнее смеялись, прерывая и без того отчаянные рыдания.
Подняться с земли ей не позволили двое мальчишек, намеренно толкавшие ее обратно на землю при попытках встать.
- Ты тупая! – хмыкнул эльф. – Таких, как ты, не должно быть. Жалкая полукровка!
До этого момента Алдис никогда не задумывалась, почему с ней что-то не так. Ей захотелось вдруг закричать, чтобы доказать всем присутствующим, что она эльф.
Только вот никто не хотел слушать. Ее начали пинать.
Она была слишком слаба, не знала, как себя защитить.
Смех детей болезненно раздавался вокруг, и тогда, подгадав момент, Алдис вскочила, бросившись наутек.
- Хватай ее!
Алдис бежала так быстро, как никогда. Дети бросились за ней. Они будто готовились к этому моменту очень давно, набирались смелости, чтобы сделать ей больно.
Бежать долго не получилось, Алдис упала на землю. Дети окружили ее, а затем, подхватив под командование главного заводилы, потащили прочь от деревни.
- Отпустите! Что вы делаете! – Алдис визжала, получая все больше новых тычков и ударов.
- Мы очистим тебя, нечестивая. Будешь визжать - отрежем язык и сломаем руки, чтобы меньше ими размахивала!
Страшная мысль заставила ее содрогнуться.
Если она противна им, если она позор рода эльфов, то ее убьют.
Они тащили ее с невероятной силой, а она пыталась бежать, пока они не притащили ее к неизвестному каменному строению.
Бесцеремонно ее толкнули внутрь, и зашли следом несколько детей.
Она не сразу поняла, что случилось, пока не почувствовала, как чужие руки сомкнулись на ее шее.
Адская боль пронзила легкие.
Дышать не удавалось. Все вокруг заполонила тьма. Кричать не получалось.
Алдис пыталась сопротивляться, но справиться с обидчиком не могла.
- Ты же убьешь ее!
Она слышала отрывистые возгласы и крики. Все прекратилось, но легче оттого не стало. Ей казалось, что она умирает.
- Уходим!
Затащившие ее в ловушку дети рванули прочь, оставляя Алдис одну в склепе, покрытом паутиной и наполненном запахом сырости.
Алдис не знала, сколько лежала на земле, но когда пришла в себя, попыталась открыть дверь, но не смогла. Она собрала все силы, что были, принявшись колотить дверь, пока не поняла, что ее заперли.
Страх охватил ее, и она зарыдала, прижавшись спиной к двери.
С каждой секундой приходило окончательное осознание. Боль сменялась, освобождая место тому, чего Алдис никогда не испытывала, - ненависти.