- Алдис, идем. Тот, кто повинен в проклятье, где-то здесь!
- Ты в порядке? – Алдис коснулась его щеки. – Ты бледный!
- Плевать, сейчас не до этого. Нам нельзя останавливаться. Я бы сказал, чтоб ты не шла за мной, но ты ведь меня не послушаешь, потому пойдем!
Ривер не хотел подвергать Алдис опасности, но приказывать или командовать ею бесполезно.
Они аккуратно спускались по лестнице, поражаясь виду города, не веря тому, что было перед их глазами.
Ривер видел, с каким интересом Алдис осматривалась. Он был уверен, что она не знала, что находилось под островом.
Они прошли в центр замка.
Внутри все также напоминало вход в дворцовую залу, а поодаль располагался трон, на котором восседали уже знакомые фигуры в страстных объятьях друг друга.
Алдис с Ривером переглянулись не верящими взглядами.
Виновником всех бед оказался Энгельс, в объятьях которого находилась шаманка Рюн.
Они страстно целовались друг с другом, абсолютно не волнуясь о расовом запрете.
Условно, никто не запрещал другим расам вступать в межрасовые союзы, но вот морально это не поощрялось. Ривера такой союз точно не мог не удивить.
Человек и сатирка, придумать что-то более изощренное было сложно.
- У нас гости, дорогая! – с усмешкой проговорил Энгельс, отстраняясь из объятий своей возлюбленной.
Рюн отстранилась от мужчины, бросая взгляд на Алдис и Ривера. Она выглядела самодовольно и не стеснялась близости, которая была между ней и мужчиной.
- Ого, а ты оказывается живучая! – шаманка Рюн усмехнулась, глядя на Алдис. – Какого красавчика мне привела!
- Рюн! – Энгельс хмуро посмотрел на сатирку.
- Не ревнуй, милый! – шаманка усмехнулась.
- Энгельс! – Алдис стиснула губы.
- Алдис, а я болтал на днях с твоим братом. Надеюсь, малыш Дарон усвоил урок и больше не будет нападать на нового ректора коллегии. Это может плохо для него закончиться! – Энгельс усмехнулся.
- Довольно болтовни. То, что происходит на острове - ваших рук дело. Уж больно подозрительно видеть представителей двух рас в объятьях друг друга! – проговорил Ривер.
- А что тут удивительного? Любовь она необычайно многогранна. Она как вспышка ослепляет и не касается предрассудков. Но еще больше любовь объединяет, когда есть одна цель! – Энгельс погладил сатирку по ноге.
- Какая цель? Уничтожить Симмонд? Завоевать коллегию? Что способно оправдать твои действия, ублюдок? – Алдис содрогалась от гнева.
- Вы, молодежь, такие идеалисты, не понимаете, что сами давно стали заложниками системы, церкви, паладинов, людей, которые боятся магии и колдунов. Вот какое наследие оставил нам великий Андрас. Разве этого мы достойны? Нет, мы должны воевать. Симмонд уже наш, впереди весь мир! – проговорил Энгельс и наконец поднялся с трона.