Она злилась и, кажется, лишилась всякого чувства жалости не то что к заложнице, но и к другим.
Ривер отпустил ее, лишь когда они оказались на расстоянии от шатра.
- Что ты себе позволяешь? Зачем помешал мне? Ты все испортил! – Алдис насупилась.
- Ты себя хоть слышишь? Я тебя не узнаю, Алдис. Откуда эта жестокость? Откуда эта тяга к насилию? Ты действительно готова была побрить девочку наголо? Ты в своем уме? – Ривер не стал ждать и сразу же бросился с обвинениями.
- Какие вы, оказывается, джентльмены. Я больше чем уверена, что будь Орител парнем, вы бы отлупили ее хлеще, чем я. Допрос на то и допрос, что он не обязан быть мягким! С чего вдруг такое переживание за девчонку?
- Да потому что я уже говорил, что она ничего плохого не сделала. Она не вредила Такару или мне. Она жертва обстоятельств, как и мы с тобой!
- Не сравнивай нас с ней. Что ты так ее защищаешь? Понравилась она тебе, да?
- Да что же это такое? Я же уже все тебе сказал! Надо повторить? – Ривер стиснул зубы. – Успокойся!
- Знаешь, что! Делай ты что хочешь. Мне все равно, не надо пытаться на меня давить! Иди ко всем и пожалуйся, какая я злая!
Алдис чувствовала, как злость и отчаяние охватывают ее с головой. Возможно, в глубине души она и сама чувствовала, что оказалась не права, но чувство собственной важности и гордость не позволяли ей признать ошибку.
Алдис чувствовала, как слишком много всего навалилось на нее. Правда о Десмоне испугала, заставила ощутить беспомощность. Вдруг, они и правда не помогут ректору, что будет тогда?
Хотелось кричать, поддаваясь эмоциям, биться в истерике, забив на свою гордость и показывая себя безвольной и слабой истеричкой.
Алдис попыталась уйти, но Ривер преградил ей дорогу. Было тяжело держать лицо при нем.
- С дороги! – прошипела она.
- Ну, уж нет. Не сегодня! – серьезно проговорил Ривер.
Он шагнул к ней, стиснув Алдис в объятьях. Она оторопела от шока, ведь меньше всего ожидала таких действий. Алдис была уверена, что Ривер уйдет, оставит ее, но вместо этого поступил так.
Она выдохнула, чувствуя, как сердце замерло в груди, и что пошевелиться не получается.
При всем желании, но воспротивиться Риверу, объятьям, близости с ним, Алдис была не в силах.
Она шмыгнула, а затем прижалась к нему.
- Ты такая колючая, Алдис! – Ривер погладил ее по голове. – Никого к себе не подпускаешь и постоянно стараешься ранить больнее. Но я и не с таким справлялся!
- Что? Будешь тем, кто вырвет мои колючки? – с усмешкой спросила Алдис.
- Нет. Я очень терпелив, Алдис. Можешь делать мне больно сколько душе угодно. Я никуда не денусь. Буду рядом!