- Будь все так плохо, он бы взял вас в плен, не так ли? – деловито проговорила Алдис.
- Вас? Вас? Хватит говорить так, словно тебя это не касается. Это ты сбежала и освободила воровку! – Дарон бросил быстрый взгляд на ухмыляющуюся Орител.
Она спокойно сидела на диване и ела виноград, как будто говорили не о ней.
- Потому что надо было прислушаться ко мне! – твердо проговорила Алдис.
- Никто не обязан выполнять твои желания. Ты подвергла опасности всех. И теперь мы не можем покинуть Довеарон. Король приставил своих людей.
- Мы никого не встретили по пути, – сказал Ривер.
- В этом и загвоздка. Тайные шпионы короля, которые будут следить за каждым шагом, пока мы тут. Ты хоть понимаешь, к каким проблемам это привело? Мы теперь не можем ни шага в сторону сделать.
- И чего же хочет эльфийский король? – Алдис скрестила руки на груди.
- Чтобы мы пришли на бал. Ты и я. Как внуки кестенской старейшины и властительницы, – зло ответил Дарон.
- Так может, мы не пленники, а гости. Ты об этом не думал? Во всем есть преимущества. Подобраться ближе к эльфийскому королю - большая удача! – Алдис хмыкнула.
- Ты сейчас серьезно это говоришь или притворяешься? Алдис, это не шутки. Игры кончились. Из-за тебя мы вынуждены играть в политику, чего я не хочу! – Дарон насупился.
- Плевала я на политику, на эльфийского короля, да на любого короля. И на Ридет мне плевать. Пусть хоть небеса развернутся, и начнется война между Довеароном и Кестенией.
- Эта война будет по твоей вине! – рявкнул Дарон.
- Не смей меня обвинять! – заорала Алдис.
- Да потому что это ты виновата! Ставишь под угрозу все. Сама втянула всех в это и теперь отнекиваешься. Бежишь от ответственности!
- Это я бегу от ответственности? – Алдис рассмеялась. – Может, ты боишься плохо выглядеть в глазах Ридет? Когда вдруг окажется, что ее любимый внук, кестенский принц, как она тебя называла, идет против нее. А может, ты и не хочешь быть с нами, а? Хочешь быть рядом с ней и получать лавры, как тогда, а? С тебя ведь пылинки сдували, прыгали перед тобой. «Дарон то, Дарон се». Только эта дрянь лишила нас матери, нормальной семьи. Ты такой же, как и она!
Ривер не вмешивался. В дела семейные зачастую лучше не встревать. Алдис и Дарон выглядели так, будто вот-вот убьют друг друга.
Ривер понимал, что имеет в виду Дарон, риск есть всегда. Его и поразило безразличие Алдис. Нельзя так относиться к войне, ведь она всегда ведет за собой жертвы.
Взгляд Дарона потускнел и он со всего маху ударил Алдис, затыкая ее тираду.
Ривер замер. Время будто остановилось. Все ошарашенно смотрели на него, не зная, осуждать его или понять.