Были проверены остальные, все до единого несли на телах следы физических уродств — язвы, бугристые наросты, желтовато-коричневую кожу, выпадающие зубы и волосы. И у всех болезненная худоба, скрытая под грязным тряпьем.

И так получилось, что в конечном итоге взоры сгрудившихся наемников скрестились на мне в поисках ответа на вопрос: — что это за черт возьми за твари, и люди ли вообще?

— Люди, — уверенно ответил я, подумал и уточнил: — По крайней мере являлись ими когда-то.

Сказал, а сам подумал о башне Имперской Коллегии со сферической конструкцией на вершине и о болезненного вида траве вокруг. Магия может воздействовать не сразу, а постепенно, коверкая организм изнутри. Сначала внешние признаки уродств не проявляются, но проходит время и вылазят наружу.

Все равно что жить рядом с протекающим ядерным реактором. Вслух говорить не стал, не поймут аналогию. Пришлось объяснять более доходчиво на понятном для этого мира языка.

— Проклятое место. Уродует, если слишком долго находиться рядом, — коротко сказал я и мгновенно снял все вопросы.

Наемники понятливо закивали. Это они знали, об этом слышали. О местах, где лучше не селиться и вообще в идеале обходить стороной по широкой дуге. Эпоха падения после имперского владычества оставила после себя много таких мест.

— Хочешь сказать все Урочище проклято? — уточнила Тара. — И если останемся надолго, то превратимся в таких же тварей?

Она пнула ближайший закутанный в лохмотья труп. Физиономии бывалых вояк вытянулись. Одно дело сражаться с противником, где есть шансы, если не победить, то хотя бы свести схватку в ничью, и совсем другое оказаться под воздействием невидимой силы, против которой бессильны все клинки мира.

— Надо уходить отсюда как можно быстрее, — нервно воскликнул самый впечатлительный боец.

Остальные поддержали идею одобрительным гулом. Небо постепенно светлело, начинался рассвет, огонь от костра стал выглядеть бледным, потеряв в красках.

— Физические уродства не появляются мгновенно, — успокоил я. — Необходимо долгое время, чтобы воздействие сказалось на организме.

— Сколько? — педантично уточнила Тара.

Я пожал плечами.

— Недели, месяцы, может годы, — пауза и быстрый взгляд в сторону обезображенных трупов. — А скорее десятилетия. Даже самые изощренные проклятья, не срабатывают мгновенно, для этого необходим длительный срок.

Объяснение сработало, наемники перестали походить на встревоженных куропаток, готовых брать руки в ноги и бежать не оглядываясь, позабыв о ночлеге и сне.

Стало почему-то смешно. Едва не рассмеялся, такие суровые вояки, а магии пугаются, как дети, но потом задумался и вместо смеха кивнул — всегда боишься того, чего не понимаешь, это нормально.