— И что? В чем проблема?

— Да ни в чем, я даже не знаю, что было в той писульке. Один благородный дурак с окраин написал другому благородному дураку с побережья, заплатил кучу золота, чтобы свиток дошел точно в срок, — рыжая пьяно усмехнулась. — Представляешь? И мы ради этого дерьма гнали, как сумасшедшие. А когда приехали и передали свиток, то нас просто выставили за ворота, — небольшая пауза и прочувственная фраза, сказанная усталым женским голосом: — Клянусь всеми богами, в тот момент мы почувствовали себя полными идиотами. Мы ведь думали, что потом будет что-то еще. Нас возьмут на службу или дадут еще какое-то задание. А вместо этого… — она вновь махнула рукой.

— А вместо этого: спасибо, вы можете идти, — закончил за нее я, наконец поняв, с чем связано плохое настроение сидящей напротив девушки-воина.

— Вот-вот, — она вновь качнула головой и буркнула: — Кретины.

И непонятно было кого она имела ввиду, то ли нанимателей, подрядивших в качестве почтальонов отряд матерых наемников, то ли самих наемников, согласившихся на дурацкое задание.

В принципе ясно, похоже солдаты удачи нафантазировали себе несколько больше, чем ожидалось. И несмотря на то, что по факту с ними расплатились согласно заключенному договору, осталось некоторое разочарование от банальной концовки.

Спасибо, вы можете идти.

Стало почему-то смешно. Представляю, как вытянулись физиономии суровых рубак, навоображавших, что их примут, как героев. А тут такой облом. Я с трудом удержал улыбку. В чем-то, несмотря на свою суровость, наемники оставались чистыми детьми. Не во всем, конечно, но в некоторых случаях точно.

— Какие планы? Почему не остались на побережье и вернулись обратно? — спросил я, решив сменить тему.

В конце концов, им же действительно заплатали. А то, что задание оказалось банальным, то какая разница. К тому же, Тара сама призналась, что не знает, что было в письме. Может действительно что-то важное, но исключительно для тех людей, кому оно предназначалась.

— Решили перезимовать здесь. Тут подходящее место, чтобы набрать новых бойцов и восстановить прежнюю сотню, — сказала Тара и вновь приложилась к кубку.

Если будет продолжать такими темпами, скоро придется ее тащить из-за стола.

Рыжая взглянула на меня.

— А ты здесь какими судьбами?

Я пожал плечами.

— Тоже решил на время осесть в одном месте. Купил дом, немного освоился.

Брови валькирии скакнули наверх.

— Ты купил здесь дом?

С моей стороны последовал неспешный кивок и уточнение:

— Даже не дом, а жилище на границе Денежного квартала.

— Здорово, а мы поселились в казармах. Точнее парни там поселились, а я сняла комнату в трактире неподалеку, — Охотница залпом допила кубок и не спрашивая разрешения налила из кувшина еще.