* * *
Егору не хватило каких-то пары десятков сантиметров, чтобы увидеть реакцию Насти на его подарок — столько обзору камеры не доставало до двери ее квартиры. Изнемогая от любопытства, он, в конце концов, не выдержал, и, схватив с вешалки толстовку, вышел на лестничную клетку.
Насти на площадке уже не было, как и конфет. Значит, забрала. От этих мыслей на душе у него полегчало, и Егор отправился на ставший за долгие часы наблюдения привычным общий балкон.
Сегодня было безветренно и тихо. Егор пристроился у стены и скрестил руки под грудью, ожидая, когда в окне ее кухни загорится свет. Долго ждать не пришлось. Фигура Насти мелькнула за не занавешенным окном, и Егор подался вперед, поглощенный скрытым наблюдением.
Если бы только он мог увидеть, как она ест! Как надкусывает ровными зубами темный матовый шоколад, как ее губы смыкаются вокруг него, облизывают пальцы и улыбаются благодарно.
Он почувствовал, как вместе с этими фантазиями внутри него разгорается желание, а потом услышал сдавленный крик. И в следующее мгновение произошло то, чего он совершенно не ожидал.
Настя распахнула окно и яростно швырнула что-то в темную пустоту. Спустя мгновение раздался треск, и Егор, который проследил за полетом вещи от начала и до конца, отметил в уме место приземления. Когда Настя закрыла окно, он спустился вниз и очень быстро нашел на дорожке разлетевшийся на куски пластиковый магнит с фотографией, на которой Настю сзади обнимал белобрысый парень.
Тот самый, которого Егор видел из лифта, когда привезли холодильник. Он улыбнулся, ласково коснувшись пальцем изображения ее прекрасного лица, и спрятал фото в карман. Потом задрал голову, безошибочно определив среди прочих Настино окно, и достал телефон.
— Конфеты понравились?
Глава 10. Круг замкнулся
Настя сжала телефон в ладони. Что этот Егор о себе возомнил!? Сейчас она все ему выскажет… Настя цокнула языком и встала. Прошлась по кухне и вернулась к столу.
— Зачем это?
— Просто хотел поднять тебе настроение.
Она насупилась и уже хотела отправить в ответ какую-нибудь гадость, чтобы избавиться от горького послевкусия, которое оставил разговор с Лешей, но Егор дописал:
— И в память о твоей бабушке.
Весь запал кусаться и истерить как-то сразу пропал, и на глаза Насти снова навернулись слезы. Только теперь она оплакивала не свои дурацкие отношения, а всю жизнь целиком: трудности в салоне и в общении с Леной, претензии родителей и потерю шарма. Почему хорошее случается редко, а трудности, если наваливаются, то все разом?
Она шмыгнула носом и вернулась к столу. Разломала шоколадную ракушку, и мягкая карамель тут же растеклась по пальцам. Настя засунула их в рот вместе с конфетой, по очереди облизав каждый.