— Раз пришли, надо хотя бы познакомиться.

Он вытащил кинжалы и прищурил глаза, смотря на ближайший к нам укреплённый пост с солдатами, магами и частью комплекса ПВО.

— Тогда разделяемся. Вы наводите суету снаружи, уничтожая блокпосты и стягивая солдат, я телепортируюсь к генералу, убиваю его, забираю телефон, оставляю «презент», сваливаю, и мы отступаем, скрываемся. Верно?

— Да, только выжди хотя бы пять минут. Эти ПВО и щитовики — та ещё головная боль. Будет полезно вывести их из строя. Я прорежу их технику и бойцов. Если всё пойдёт не по плану — буду отступать в сторону того утёса, что похож на козлиную морду.

— Где? — не понял я.

— Ну вот же.

— В упор не вижу.

— Прояви фантазию! Вон те два высоких дерева — рога. Камни — нос и морда, чёрные мёртвые кусты — глаза.

— Иннокентий Игнатьевич, да у вас больное воображение… — заприметил я вдалеке место, про которое он говорит. — Хорошо, если всё не по плану, тогда встречаемся там и уже оттуда вместе сваливаем. Ну и ещё… Помните: если что, Фома меня к вам перенесёт. Не задерживайтесь, если дело совсем уж будет плохо выглядеть.

Я протянул кулак наставнику, и тот стукнул в ответ.

— Я пошёл. Пять минут, и заходи в их убежище, — напомнил Цербер, и я засёк время на часах.

Генерал… Тут очень даже много сильных противников. Но против них — Цербер и я. А значит, преимущество не на их стороне.

После того как у меня не осталось доспехов, мне пришлось сменить тактику. Теперь в паре с Фомой я работал как тайный убийца: появлялся внезапно, атаковал свирепо, убивал и уходил так быстро, что враг не успевал даже опомниться.

— Пи?

— Да, готовь сюрприз. Два ящика гранат, ящик патронов, ящик с минами и фугасными снарядами. Два двойных ящика с порохом по бокам и четыре канистры с топливом с разных сторон. Ну, как на той базе. Этого хватит для большого взрыва и последующего пожара, — дал отмашку Фоме, и тот исчез в своём пространстве, чтобы собрать очередную бомбу.

Пара минут пролетела в одно мгновение. С поста под звуки паники и криков, доносящихся из рации, я следил в бинокль, как неистовым вихрем, что крушил землю и даже металлическую обшивку техники, кружит Иннокентий Игнатьевич.

Его сила и окрас энергии воителя намекали, что его искра имеет отношение к стихии земли. Я бы даже сказал, что у него природная предрасположенность к кристаллам. Прочным и удивительно разрушительным. Выпускаемая на десятки метров энергия окрашивалась то красным, то синим, то белым. И от цвета зависело, была ли она бритвенно-острой, что позволяло резать и пробивать насквозь даже металл, или несокрушимо твёрдой и плотной, что позволяло сминать технику или пробивать насквозь, или тяжёлой, словно гора, что позволяло разбивать бетонные укрепления, за которыми прятались солдаты. Маги активировали свои щиты, но Цербер парой атак сминал их или превращал в дырявое решето тела магов ещё до того, как те успевали хоть что-то сделать.