Лихо слетев с лестничного марша, мимо меня пронеслась парящая на метровой высоте лежанка (с пристегнутым ремнями к пластиковому ложу, перебинтованным в нескольких местах, раненым гэручи, в разодранном окровавленном комбезе) управляемая сзади скуластым, лысым лихачом-пилотом на притороченном к корме отрытом сиденье, манипуляцией торчащего между колен длинного рычага контроля антиграва.
— Осторожней, блин! — невольно вырвалось у меня вслед проскочившему лихачу.
Неожиданно мои слова достигли цели. Резко тормознув над следующем маршем, маневренный летательный аппарат рывком сдал назад, и снова оказавшийся напротив меня лысый тощий отморозок вдруг по бабьи заистерил в ответ:
— Слышь, пузо! Пока ты тут жрешь в три горла… — (намек на надкушенную пластину сухпайка и бутылку с травяной настойкой в моих руках) — … другие, как этот славный герой, — кивок на раненного гэручи впереди, — наверху кровью умываются! Так что затки свой трусливый хавальник очередной вонючей галетой, сука, и не смей разевать пасть в сторону честно исполняющих свой долг жал!
Мгновенно узнав знакомый голос, я просто не поверил своим ушам. Потому что в изможденном, лысом неврастенике, с широким уродливым шрамом на затылке (замеченным лишь после остановки рядом летательного аппарата), лишенную фирменной пышной шевелюры красотку Лю Пчин глаза отказывались узнавать категорически.
— Лю?.. — потрясенно выдохнул я в ответ.
Озадаченно зыркнув в мое открытое лицо под массивным шлемофоном, девушка растерянно улыбнулась.
— Командир?.. Так ты тоже выжил! И снова с строю!.. А меня из-за этого пустяка, прикинь, комиссовали в обоз, — с горькой умиешкой моя бывшая подчиненная продемонстрировала пустой рукав левой руки. — В медблоке обещали механическую руку протезировать. Но это дело, сам понимаешь, не быстрое. Так что пока я — вот… — Лю многозначительно кивнула на свое транспортное средство.
— А с Алонсо?.. — увы расспросить о судьбе второго сильно ошпаренного кислотой бойца нашего дежа, эвакуированного в цитадель одновременно с Лю, я не успел.
— Поберегись! — грянул с верхотуры зычный бас очередного перевозчика раненого.
И сорвавшаяся тут же с места Лю, не прощаясь, понеслась по лестничным маршам дальше вниз. А через считанные секунды мимо меня пролетела точно такая же антиграв-лежанка, с примотанным ремнями тяжелораненым бойцом, но уже лехлецем, управляемая так же быкоголовым силачом с закругленными рогами.
Пропустив мимо эдакий местный аналог земных карет «скорой помощи», только летающих и расчищающих себе путь не сиреной, а лужеными глотками пилотов-санитаров, я продолжил дальнейшее восхождение по лестнице. Нарастающий теперь с каждым шагом треск пулеметных и автоматных очередей подсказывал, что до цели подниматься мне осталось уже совсем недолго.