с капелькой бытового волшебства, но очень скоро им придется это выяснить. Она достала из сумки палочку, которая больше походила на деревянную ложку для салата, взмахнула ей и громко произнесла: — Чистофлор и прохладус выметатус! Пыль взметнулась вверх плотным облаком, закружилась смерчем, а из старой огромной печи в углу раздался подозрительный, раскатистый и очень недовольный чих, выплюнувший в зал порцию горячей сажи. Адель замерла. Кажется, контракт забыл упомянуть, что у этой духовки уже есть свой хозяин. Глава 2. Дыхание печи и ледяной чай Из недр огромной каменной печи снова раздался кашель. На этот раз он сопровождался обильным выбросом серого пепла, который ровным слоем покрыл только что отмытую барную стойку. Адель сердито уперла руки в бока и шагнула к очагу, игнорируя кружащиеся в воздухе пылинки. Жара снаружи продолжала давить на крышу таверны, превращая каждый вдох в испытание, а тут еще и местная недвижимость проявляла характер. — Эй! Кто бы там ни сидел, имей совесть! — громко крикнула ведьма, заглядывая в темное жерло печи. — На улице плюс тридцать пять в тени. Твои дымовые завесы сейчас вообще не к месту. Мне нужно проветрить помещение, а не устраивать здесь филиал действующего вулкана. Из темноты печного зева показались два круглых, светящихся угольками глаза. Затем высунулся нос, удивительно похожий на обгорелую картофелину, и, наконец, на свет божий выбралось существо размером с упитанного городского кота. Оно было соткано из сажи, сухих веток и старой золы. Существо яростно обмахивалось собственным куцым хвостом и выглядело глубоко несчастным и измотанным. — Сама ты не к месту! — проскрипел печной дух, усаживаясь на кирпичный выступ и сердито дергая короткими лапками. — Ишь, приехала, палочкой машет, команды раздает. Разоралась на всю долину. Думаешь, мне легко? В печи вентиляция забита с прошлого века. Я тут не просто живу, я тут запекаюсь в собственном соку! Жара невыносимая. У меня даже искры из ушей вялые, а она еще чистоту тут наводит! Адель удивленно моргнула. Печные духи в столичных учебниках описывались как существа вредные, злопамятные и требующие подношений в виде свежего хлеба. Но этот экземпляр явно страдал от банального теплового удара и одиночества. — Я Адель, — представилась ведьма, заметно смягчившись и опуская свою деревянную ложку-палочку. — Новая хозяйка этого... запекающегося заведения. А тебя как звать-величать? — Прохор, — буркнул дух, пытаясь отскрести липкую сажу со лба. — Величали, пока таверну не забросили. Раньше