— Вы меня слышите? — спокойно спрашиваю я, подходя ближе. Осматриваюсь в поисках мгновенных угроз: кроме дыма, ничего подозрительного. Ее дверь искорежена и приоткрыта. Она вцепилась в окровавленную руку, но пальцы не слушаются, и она быстро теряет кровь. Головой шевелит свободно, но она в истерике.
— Не двигайтесь, — говорю я и отрываю кусок от своей футболки, сооружая подобие жгута, чтобы перетянуть руку и унять кровь. — Как вас зовут?
— Анджела, — отвечает она сквозь слезы.
— Хорошо, Анджела, я Роуэн. Я профессиональный спасатель, просто сейчас не на смене. Помощь уже в пути, но каждое ваше движение забирает силы и усиливает кровотечение, а нам это сейчас ни к чему, договорились?
Она всхлипывает и кивает.
— Еще что-то болит? — спрашиваю я, отодвигая сдувшуюся подушку безопасности.
— Ударилась головой. Не знаю где.
Я осматриваю ее, зрачки в норме. Если врачи успеют вовремя и остановят кровь, она поправится.
— Все будет хорошо, только не шевелитесь. Помощь скоро приедет. Мне нужно обойти машину и проверить водителя, — говорю я, снова поднося телефон к уху и переходя на сторону Троя. — Лорел?
— Я здесь, Роуэн, ребята будут меньше чем через пять минут, — подтверждает она.
— У женщины сильное кровотечение. Состояние стабильное, переломов шеи нет, сознание не теряла. Сейчас проверяю мужчину.
— В нужном месте в нужное время, Роуэн, — говорит Лорел. Она работает диспетчером уже много лет, и вся наша команда ее знает.
— Ага, — бормочу я, обходя внедорожник. Трой как раз приходит в себя и стонет.
— Трой, постарайся не двигаться, ладно?
Надо же было такому случиться: из всех аварий, на которые я мог наткнуться, я выбрал именно ту, где разбился бывший Вайолетт. Всего три часа назад я обещал начистить ему рыло.
— Я даже не знаю, как его зовут, — говорит девушка. — Мы только что познакомились в Барракуде, — добавляет она, имея в виду единственный стриптиз-клуб в Скай-Ридж, запрятанный в старом складском здании в центре. — Я там за стойкой стою. Мы ехали в Пайнери.
Трой открывает глаза, пока я проверяю, безопасно ли открывать дверь. Мне не нравится, что дым из-под капота густеет с каждой секундой. Машина может вспыхнуть в любой момент. Раскаленный металл и горючие жидкости — паршивое сочетание. Пытаюсь дотянуться до замка зажигания, чтобы заглушить двигатель и остановить задымление, но не выходит. Приборную панель вмяло прямо в Троя. Кажется, кроме головы он нигде не ранен, но рассечение над переносицей глубокое.
— Шея в порядке, — хрипит он, оценивая свое состояние. — Рука сломана, и, кажется, ребра, — добавляет он. По крайней мере, то, что он врач, хоть немного идет на пользу. — Ты пожарный.