— А где гарантия, что кланлидер придет? Смысл ему идти самому, когда клан так построен, что предавать лидера себе дороже?

— А ты доверил бы такое ответственное задание кому попало? — хмыкнул Рамиз.

— Да. Им деваться некуда.

— А что набокопорить могут? — усмехнулась Вика.

— Другие справятся, — ответил Тетыща и помолчал. — Но ты права. Нужно его дополнительно мотивировать. Например, написать, что доступ к богатствам только кланлидерам. Достаточно достоверно?

Все переглянулись, я кивнул.

— Да. Теперь давайте думать, в чем они нас могут заподозрить и где увидеть подвох.

Перечислили много вариантов, но все проверялось разведкой. Выходило так, что рискнуть Хорхе Ую стоило.

— Я бы тоже выставил часовых, — предложил Тетыща. — Рация нам не нужна: у нас есть клановый чат. Дозорные должны стоять в нескольких местах по пути следования вражеской колонны, чтобы было кому доложить. Причем одному часовому придется рискнуть и расположиться в зоне поражения.

— Принимается. — Я ткнул пальцем в карту. — Где будут наши посты?

Тетыща обозначил три точки:

— Здесь, здесь и здесь. Сейчас начало четвертого. Через два с половиной часа стемнеет. Нужно решить, действовать будем сегодня или отложим до утра.

— Не откладываем, — отрезал я. — «Щит» и ночью попрется за такой плюшкой. Возьмут пугач — и никто им не грозит.

— Тогда давайте быстрее вернемся к маршруту. — Тетыща прочертил путь в безопасную зону, он получился извилистым. — Выходит, чтобы выбраться, надо преодолеть не пять километров, а шесть с половиной. Это много.

— С ускорением справлюсь, — сказал я. — Выдвигаемся, и давайте поторопимся: нам еще назад пилить.

— Так оставайся тут, — предложила Вика. — Зачем тебе столько телодвижений?

— Надо изучить местность, чтобы избежать неожиданностей.

Вечный внес свою лепту:

— Ночью они могут побояться. Костегрыз набегает, глубинник насылает полчища пиявок, разрушитель…

— Не побоятся, — перебив, не согласился Дак. — Пугач взял — и защищен. За два часа управятся. Это, скорее, нам стоит поостеречься.

— Сглупили, что не взяли пугачи, — вздохнула Вика.

— Посчитали, что клану важнее, — поправил ее я.

А еще во время нашего обсуждения произошло чудо: Сергеич молчал, сосредоточившись на ощущениях. Он постоянно просил жрать и шевелил струпья, которые превратились в огромные черные чешуйки, отделенные бороздами одна от другой. Самыми тонкими они были на носу, ушах, пальцах, веках, под глазами и на шее. Он отдирал их одну за другой и сейчас походил на окуклившегося человека, из которого вылупливается взрослая особь: вот уже нос проклюнулся, одно розовое ухо и глаза — хлоп-хлоп, хлоп-хлоп.