Я озадаченно посмотрела на своих собеседников. Сколько таких аварий случается, и что же, они все обязательно подстроены?

— А почему это не могло быть простой случайностью? — решила я высказать свои сомнения.

— Ну, смотри, — Петрович начал загибать пальцы, — батька наш ездил обычно на ЗИЛе, а не на «Чайке» — раз.

— Спрашивается, откуда вдруг взялась эта «Чайка», — поддакнула его жена, — и куда делся бронированный ЗИЛ?

— Перед грузовиком этим ехал другой грузовик, и вдруг резко затормозил, — Петрович загнул второй палец, пронзительно глядя на меня, — от этого грузовик и вынесло на встречку. А тот, который затормозил, куда-то делся — два.

— Зачем он ни с того, ни с сего затормозил, спрашивается? — покивала Катерина. — А потом скрылся куда-то? Вот и думай.

— А охрана? — продолжал сверлить меня глазами Петрович. — Ты знаешь, как охрана себя повела?

— Нет, — мне стало совсем уже неуютно под этим взглядом. — Откуда ж мне знать?

— Охрана себя спасла, а машину Машерова подставила, — объявила Катерина, — представляешь? Где такое видано? То есть охрана ехала впереди, но успела проскочить перед грузовиком, и весь удар пришелся на машину Петра Мироновича.

— Потому что они заранее знали, — грохнул кулаком по столу Петрович, — вот и успели!

Виктор, уже клевавший носом, от грохота кулака резко поднял голову и испуганно посмотрел на Петровича. Глаза его были абсолютно пусты, и скорее всего, парень напрочь забыл, о чем только что велась беседа.

— Так-так, — встрепенулась и Ольга, — значит, Машерова хотели включить в состав ЦК, правильно я понимаю? И прямо перед назначением он так странно погиб?

— Да я же и говорю, — подтвердил Петрович, — и я даже знаю, кого включили в состав вместо Машерова!

— Интересно, кого?

— А, — махнул он рукой, — забыл фамилию. И еще одного приняли, молодого, из Ставрополья.

«Горбачева», — поняла я.

Вот так извилины — на дороге и на судьбе всей страны! Действительно, если бы Машеров не погиб, Горбачев не попал бы в ЦК, и все пошло бы совсем другим путем.

— Но постойте, — все же не сдавалась я, охваченная сомнениями, — ведь и охрана, и все эти грузовики, они же все были постоянной командой Машерова, то есть все свои. А как же? Неужели они пошли на предательство?

— А почему нет? — пожала плечами Катерина. — Сколько таких случаев.

Виктор начал медленно, но верно, клониться то в одну сторону, то в другую, и несколько раз чуть не упал с лавочки. То Ольга его поддерживала, то Петрович.

При каждом взгляде на этот «мешок с дерьмом» у меня начинало тревожно ныть что-то в груди, сползая страхом по животу. И я вскоре поняла, почему. Воспоминание о том, что когда-то у меня была точно такая же проблема в виде Вадима. Тот, напиваясь, вел себя точно так же. То из кабины грузовика вываливался, то порывался сходить в туалет на чужом балконе.