сеансов Киру было не узнать. Она и была похожа на саму себя, и нет. Со мной было проще. Чтобы не возникало лишних вопросов, он всего лишь прирастил мне небольшой животик, о существовании которого я совсем было позабыл, и спрятал мои мышцы под слой жирка. Я вновь стал таким, как прежде. Последнее, что я помнил, — момент перемещения. Все было продумано до мелочей. Я оказался в Москве и тут же уехал в аэропорт, так что отследить меня было для шархаров очень непросто. В самолете я уснул, а проснулся уже собой прежним, не имеющим ни малейшего представления о том, что со мной произошло за последние полгода. Я был твердо уверен, что летал к друзьям в гости и отлично провел время, а теперь всего лишь возвращаюсь домой. А на следующий день я внезапно решил переехать из Челябинска в Троицк, сам не понимая, зачем мне это нужно. Только на подсознательном уровне осознавая, что в крупном городе слишком опасно и надо срочно менять свое место проживания. Самое интересное, что тогда это не показалось мне странным. Я просто собрал свои вещи, закрыл квартиру на ключ, приехал на автовокзал и сел в автобус. В Троицке у меня жил один знакомый, у которого я и остановился, а уже через день — снял небольшую квартиру. Мой знакомый — Димка помог мне устроиться на работу в ту же контору, где работал он сам, — там как раз искали менеджера. В Челябинск за все это время я съездил только раз — забрать машину из автосервиса, и то — постарался сделать это как можно скорее, не задерживаясь там ни на одну лишнюю минуту. Сейчас я понимал, что стремление убежать из родного города было внушено мне бароном специально — слишком опасно было там оставаться — мой мозг, как его ни экранировали, все же излучал остаточную пси-энергию, по которой меня могли найти. А еще через неделю я полностью забыл о том, что родился и жил в Челябинске. Возможно, это было одним из негативных последствий блокировки памяти — не знаю. С той поры я воспринимал свой родной город крайне отстраненно и, даже после того как попал туда вновь, уже после трансформации мира, ориентировался в нем с трудом. Сейчас, когда я вновь вспомнил свою жизнь, мне показалось, что ничего страшнее, чем потерять память и забыть многое из того, что было дорого, и придумать нельзя. Как раз в то время я вновь познакомился с Кирой в магазине, конечно не узнав ее при этом, да и она не узнала меня, но Верона был прав — любовь нам помогла, и мы вновь повстречались. Кстати, теперь я понял, почему все, что произошло с нами после трансформации, все, что произошло