– Санина, не входите ко мне без разрешения, понятно?
– Да.
– Что вам нужно? – Он не кричал, но меня буквально валило с ног от его напора.
– Одно слово. Он жив?
– Да. Теперь выйдите, пожалуйста, время дорого.
Это не было грубо. Но Ремизов сейчас действовал на каких-то других оборотах. Маховик принятия решений вращался с такой скоростью, что сметал своей энергией все препятствия. Для этого человека сейчас не существовало никаких преград. Его цель – спасение Терлянского и он это сделает, без сомнений.
– У меня первая отрицательная группа крови. Я универсальный донор.
– Вы упали вчера в обморок.
– При переливании я буду лежать. Берите сколько надо, даже если я буду без сознания. Могу написать расписку, если потребуется.
– На самом деле? – Ремизов прислонил экран телефона к груди. Рассматривал меня, как насекомое под микроскопом.
– Да.
– И вас не надо будет гипнотизировать?
– Надо. Держите взглядом столько, сколько понадобится. В этом могу тоже написать расписку.
– За что вы на мою голову, а Санина?
– Может в детстве котёнка пригрели или девушку защитили по малолетству. Не знаю. Награды находят своих героев, Ремизов.
– Выйдите вон!
Меня смело взрывной волной его взгляда. Очнулась я уже с другой стороны двери. Причём упиралась в неё, словно боялась, что Ремизов выскочит из кабинета, как голодный зверь. Не понятно, что на меня нашло. Я не дерзкая.
В гостиной творилось что-то невообразимое. Исход евреев из Египта, не иначе. Безопасники таскали аппаратуру на выход. Ирина Петровна стенала и заламывала руки. Говорила, что они всё испачкают, разобьют, сломают. Значит, и правда, жив.
Илья проскользнул в кабинет к Ремизову. Пробыл там недолго. Вышел с толстой папкой и завёл машину. Это единственный человек, кто обладал информацией и понимал, что я не причиню вреда Денису. Я открыла дверь со стороны пассажира.
– Алёна, простите, я не могу вас сейчас подвезти. Очень тороплюсь.
– Илья, не надо везти. Просто скажите, что с ним? Где он? В каком состоянии?
– Это конфиденциальная информация.
– Пожалуйста. Скажите, хоть что-то. Вы же видите, что я погибаю без него!
Наверное, в моём взгляде и голосе было что-то настолько убедительное, что это сдвинуло на миллиметр броню невозмутимости бодигарда. – Я не причиню ему вреда. Просто дайте мне надежду, хоть капельку. Пожалуйста.
Илья молча поднял вверх указательный палец привлекая внимание. И медленно направил его на табло навигатора. Там был адрес краснодарской клиники. В студенчестве я жила неподалёку и прекрасно знала этот стационар. Я кивнула, что поняла.