Она неуверенно кивнула и сделала несколько глотков их кружки.
— Не вздумай маме пожаловаться, что я тебя поил шипучкой, — как бы в шутку сказал я.
— Я не дурочка, — ответила она, не возражая против моей руки на своей коленке.
И этот ответ мне очень понравился. Он означал, что между нами уже есть кое-какие доверительные отношения, которые я постараюсь сделать прочнее.
— Откуда ты знаешь про Лаврика? — неожиданно спросила она.
— Потом объясню. Сначала скажи, кто он? — я поднес к ее губам конфету, и поводил ей, дразня ее.
Глава 6. Как стать Лавриком
После нескольких попыток Наташа поймала конфету зубками. Откусила прямо из моих пальцев и долго молчала, о чем-то размышляя — это было видно по ее глазам, смотревшим куда-то мимо меня. Потом сказала:
— Не знаю, кто он. Имя, дурацкое, как у клоуна. Меня это имя мучает много лет.
Снова поймала конфету ртом, и добавила:
— Лавриком я назвала игрушку в детстве. Тебя тоже так называла, когда злилась. Мне очень нужен Лаврик. Хочешь стать им? — она улыбнулась, и это, пожалуй, впервые, выглядело мило, по-доброму. Видно, шипучка расслабила ее.
— Как мне им стать? И как он выглядит? — пожалуй, больше не стоит наливать ей вино, решил я. Хотя осталось там меньше четверти бутылки.
— Не знаю. Во сне он такой урод, — она хохотнула: — Как ты. Шерсть темная, рыжая с боков, морда обезьянки. Уши длинные, как у зайца. В общем жуткое чудовище — таким он иногда снится мне. И я его ругаю, за то, что он меня оставил, когда был так нужен. Но это же только сон, правда?
— Правда, забавный сон. Но у меня же нет шерсти, — теперь и мне стало весело.
— Но ты же тоже урод, — привела она свой убедительный аргумент. — Урод и чудовище. И уши у тебя тоже большие, жаль, что не длинные.
— Но я же заметно похорошел, и скоро стану красавчиком. Смотри на меня, — я приблизил к ней лицо.
— Красавчиком? — она рассмеялась, качая головой. — Но, если честно, ты стал лучше.
Неужели, действует заготовка «Я хороший»? Или вино?
— Давай поцелуемся? — я еще приблизился к ней. И зачем было спрашивать?
Чуть раньше, чем она это проговорила, мои губы успели коснуться ее губ.
— Разрешу, только если станешь Лавриком, — она оттолкнула меня.
— Что я должен делать? — меня ее близость начинала дразнить.
— Подчиняться мне во всем. Выполнять мои приказы, — она потянулась к чашке вина. — Ты должен быть полностью моим как игрушка.
— Ого, какие серьезные требования! — я едва сдержал смех. — Какая будет награда, властная госпожа? Мы будем целоваться? — как же мне хотелось это сделать сейчас всерьез. По-взрослому, чувствуя ее приоткрытый рот, язык и трепет юного тела.