Я дождалась, пока его спина скроется за кустами деревьев и упала на траву. Ноги не держали. Всю трясло.
Всевышний, помоги мне!..
А через мгновение подскочила обратно на ноги.
ДНК? Он сказал, ДНК?!
В крови адреналин полыхнул, как бензин от одной спички. Мысли оборвались. Остался только заново поднявший голову страх. И имя сына. Ноги отдельно от разума понеслись на поиски Фархата.
Нашла. Играющего с Сабитом и Мурадом возле фонтана. А рядом с ними в самом деле обнаружился Нияз.
Перед глазами повисла туманная пелена. Мир сузился до одной точки. Вмиг оказалась подле них, с силой отталкивая бывшего мужа от своего мальчика.
— Не приближайся к нему, — велела не своим голосом. — Я же сказала, это мой сын. И я его никому не отдам. Никогда.
Вот теперь я, похоже, в самом деле удивила Нияза. Потому что всегда собранный он не смог скрыть растерянности от моего поступка. В следующий миг криво ухмыльнулся.
— Вот ты и выдала себя, Алия, — произнёс мрачно. — Собирай вещи сына. Я его забираю.
Глава 3
«Я его забираю» отразилось в разуме тревожным перезвоном колокольни. Гулким, навязчивым. Таким, от которого закладывает уши и темнеет в глазах. Сердце в груди тяжело и неровно бухнуло ещё пару раз. А затем будто замерло, перестав подчиняться телу.
— Нет, — выдохнула я, делая шаг в сторону, закрывая собой Фархата так, чтобы Нияз больше не мог его видеть.
Это движение вышло инстинктивным. Животным. Как у матери, которая заслоняет детёныша от удара.
— Не устраивай сцен, Алия, — укорил он холодно. — Мы оба знаем, что всё будет по-моему.
Слова прозвучали так буднично, будто речь шла не о ребёнке, а о вещи, о праве собственности, о чём-то решённом заранее.
— Отдай мальчика, Алия, — повторил бывший муж. — Не вынуждай применять силу.
Вокруг стало слишком тихо. Я кожей почувствовала, как кто-то из местных подошёл ближе. Потом ещё. И ещё.
— Здесь никто никого силой не забирает, — прозвучал за моей спиной спокойный, но жёсткий голос Фарида — мужа Мадины.
— Это частная территория, — поддержал его Сабир, один из старших официантов, — и здесь действуют правила её хозяина.
Несколько мужчин встали полукольцом. Не агрессивно. Просто обозначая границу. Я не посмотрела на Нияза. Не смогла. Взгляд был прикован к траве у ног сына, к его маленьким сандалиям, в которых он ещё недавно бегал к фонтану и смеялся.
— Ты отказался от меня, — произнесла я глухо, почти шёпотом. — Я больше не твоя жена. И не подчиняюсь твоим правилам.
— Ты родила сына. И скрыла это от меня.
Я сжала пальцы, комкая край туники так, что ткань врезалась в кожу.