для неё была прямая угроза здоровью и жизни, она зубоскалила и без паники надевала маску. Что сейчас изменилось? Последний вопрос я задал вслух. — Эту территорию контролируют борские, — процедила она с плохо скрываемой злобой. — Нам очень повезёт, если получится проскочить. — Тогда какого рожна мы сюда… — Вы съехали с маршрута. Развернитесь, — ответила вместо Джул настырная Алиса. Вопрос снят. Забыл, что первоначально мы сюда заезжать не планировали. Кто такие борские, спрашивать не стал, поскольку сейчас не к месту и не ко времени, сосредоточился на вождении. То газовал, то тормозил, то снова добавлял газу и активно крутил рулём, чтобы никуда не влепиться. Любая задержка в теперешнем положении чревата последствиями. Печальными, но это и так очевидно. Бросил очередной взгляд в зеркало и поначалу даже подумал, что оторвался. Но, присмотревшись, понял — это отстали эскашники. Они, похоже, знали, о каких борских шла речь, и решили закончить с проблемой на своей территории. Вдобавок им наверняка надоело за нами гоняться. Я бы, к примеру, уже давно прострелил нам колёса. А профессору навесил какой-нибудь лапши про обстоятельства непреодолимой силы. «Твою мать, лучше б молчал», — скрежетнул я от досады зубами и пожалел, что глаза у меня устроены не как у хамелеона. Сейчас бы одним вперёд смотрел, вторым назад, и было б мне счастье. А так пришлось перекидывать взгляд со скоростью швейной машинки и с риском получить косоглазие. Головной броневик ещё увеличил дистанцию, шевельнулась и замерла башня боевого модуля, жало пулемёта начало медленно опускаться… Сейчас главное — поймать момент… И у меня получилось. Крутанул рулём вправо, а в следующий миг на срезе ствола заплясали дульные вспышки. Дудукнул крупный калибр, очередь расковыряла асфальт впритирку к левому борту, машину обсыпало осколками щебня. Я принял ещё чуть правее. По кузову скрежетнула железка… Слишком сильно прижался. Наверное, зацепили какую-то колымагу. Но я туда даже не глянул. Было не до того. Пулемёт заткнулся на миг — стрелок выдержал короткую паузу, чтобы поправить прицел. Башня чуть дёрнулась, замерла. Я бросил «Руссо-Балт» влево. И радостно осклабился, увидев, как фонтанчики попаданий ушли правее и раскурочили моторный отсек синей малолитражки. А чего бы не веселиться, когда получается? Единственно, не хотелось бы пулемётчика злить. Злой пулемётчик — это плохо. Злой пулемётчик может забыть приказ брать нас живыми и лупанёт не по баллонам, а в центр масс золотого кроссовера. А из той дуры, что