Бывает такое… от неожиданности или страха у женщины происходит спазм, и зажимает… да-да, именно там и именно то самое. Мало того, что это — больно, так еще и фиг расцепишься. Надо будет вызывать скорую…

Может, Ирина бы и убила. Но ее охватило такое чувство омерзения, при виде гадкой картины.

— Года не пройдет, гадина! Попомни мои слова, года не пройдет… но мы не встретимся! Никогда! У тебя другая дорога!

И исчезла.

Гадко было до невозможности. Гадко и отвратительно… а что там было дальше с любовниками… медики их знают!

* * *

Когда Аня вынырнула из видений девушки-призрака, уже перевалило за полночь. Костер прогорел, и готовые шашлыки наполняли поляну вкуснейшим мясным духом. Эреш сидел рядом.

— Ты как?

— Паршиво. Но жить буду.

— Я и не сомневался в этом.

— Знаешь, она никого не убила.

— Знаю. Но что-то сделала?

— Прокляла мать, — Аня пересказала Эрешу увиденное, но василиск не впечатлился.

— Поделом мрази.

— Наверноетам решили так же.

— Что ж, легкого пути девчонке. Она заслужила и месть, и полет…

Аня кивнула.

— А мы заслужили шашлыки. Знаешь, они так пахнут…

— И ночь под звездами.

— И даже немного хорошего вина.

— А змеям можно?

— Немножко — можно, — ухмыльнулся Эреш, вытаскивая из лапника бутылку грузинского вина. Аня прочитала название, и поняла, что тоже не откажется от глоточка. Смыть чем-то привкус чужой боли…

Хотя бы и этой ночью.

Костер, шашлыки, вино, звезды, лю… мужчина, который нравится, рядом — что еще нужно? Пару поцелуев, разве что?

Но против этого не возражал и Эреш. И против хорошей музыки, и против танца под звездами, и вино совершенно не мешает василискам танцевать вальс, и глаза у него яркие-яркие, и где-то в глубине зрачка плещется алый огонь…

Любовь?

Нет, пока еще — нет. Но предчувствие ее, предвкушение… то драгоценное, что хранится в памяти человека всю жизнь. Даже если любви и не будет…

Крохотный кусочек счастья в вечности.

* * *

Домик покупали на следующий день.

Это сложно, когда ты ипотеку просишь, или кредит, или…

Вот тогда и ожидание, и куча бумаг. А так…

Явились в Росреестр, оформили бумаги, передали при свидетелях деньги из рук в руки…

Ну — почти. Когда у василисков все получалось просто и приятно?

Начать с того, что проспали и Аня, и Эреш. Домой они явились на рассвете, отключились, и до двенадцати… и — да! Спали они в обнимку, и не надо думать о них плохо. Спать им хотелось больше всего остального, а вдвоем было и теплее, и спокойнее. Ане — точно.

Все же, воспоминания убитой девочки не были приятными сказочками на ночь. Скорее уж — сказками братьев Гримм. Страшными сказками.