— Помер, скис, погиб, сгинул, сдох! — некто продолжал глумиться надо мной, подбирая такую интонацию, словно я был для него злейшим врагом из когда-либо существовавших. — Выбирай любой вариант, какой понравится. Мне, если честно, плевать. Всё равно! Мы с тобой в полной заднице, и выхода из неё не предвидится.
Глава 3
Осознание прибило меня к перине, словно острый кол, вогнанный в землю. Всё это взаправду? Нет, быть того не может. Это не реальность! Будь это всё реальностью, я бы уже в штаны наложил.
— Штанишки новые подготовь! — голос не унимался. — Прими смерть как данность, это факт!
— Смерть, говоришь… — я выдохнул со спокойной душой и опёрся затылком о купол. — Что-то слабо мне в это верится. Если помер, почему я здесь сейчас сижу? Вроде как вполне живой и здоровый. Дышу и вижу, а ещё всё ощущаю. Или же это рай? Тогда какого чёрта ты в моей голове забыл? Неужели ангел-хранитель мой?
— Ты задаёшь слишком много вопросов! — Первый снова принялся материться и поносить меня без передышки. Уверен, стой он сейчас передо мной, заплевал бы меня с головы до ног своей желчью. И чего только бесится?
Его бесконечные вопли и сетования на несправедливость какого-то отбора сосудов порядком мне надоели. За короткие пять минут он произнёс больше слов, чем я за всю свою недолгую жизнь. Неугомонный какой-то, не заткнуть. Всё болтает и болтает, сколько бы я не старался его угомонить. На слова не реагирует, на молитвы тоже. Даже когда уши затыкаю, он всё равно не затихает и достаёт меня. Совсем как жёнушка нашего Графа, любившая устроить своему мужу нервотрёпку. И как он её только терпел? Вряд ли она нивелировала этот недостаток сексом. С её габаритами затруднительно было ногу передвинуть, не говоря уже о том, чтобы на Графа запрыгнуть. Хотя сына же она ему как-то родила?
— Ай, достал! — я встал с кровати и уверенно зашагал к выходу из купола.
— Ты куда это? — голос едва заметно вздрогнул, и моё лицо расплылось в оскале.
— Хочу осмотреться, — оскал никак не сползал с моего лица, и я чувствовал, что нащупал нужный рычаг давления на своего неугомонного «попутчика». — Всяко лучше, чем слушать твоё нытье. Знаешь, даже если я и в самом деле погиб, а в моей голове застрял ты. Кстати, я даже не знаю, кто ты. То мне всяко приятней будет слушать твои завывания снаружи, нежели внутри этого странного сооружения. У меня уже голова гудит от твоей болтовни. И что за «Первый», вообще? Ты был победителем в конкурсе «Задолбай, но не убей»?
— Малец, ты слишком многое себе позволяешь! — Первый не предавал свою напыщенность и продолжал без устали пилить мне мозг. — Из-за тебя, я прое… потерял шанс на жизнь! Ты хоть представляешь, каким трудом он мне дался? Да если бы не я, ты бы и не родился вовсе! Твоё тело должно было стать моим!