Руки задрожали, отражение начало расплываться, дышать становилось все труднее.

В дверь позади нее постучали.

Морана собралась ответить, но не смогла издать ни звука. Она уставилась на свое лицо в зеркале широко открытыми глазами, попыталась крикнуть, но в горле встал удушающий ком.

– Морана, открой дверь, – произнес с той стороны голос виски и греха.

Как она могла увидеться с ним? Как она могла, раз ее отец разрушил его жизнь и отнял сестру, отправив его самого в пучину тьмы? А вдруг она посмотрит ему в глаза и увидит в них настоящую ненависть к ней? Ей не удастся это вынести. Черт, она не могла его видеть. Но хотела повернуться и открыть дверь. Ей это было необходимо, однако она не могла пошевелиться.

Стук стал настойчивее.

– Морана, открой чертову дверь!

Она правда очень этого хотела – броситься в его объятия и услышать, как он скажет, что не испытывает к ней ненависти. Но как она посмотрит ему в глаза? Осмелится ли?

– Клянусь богом, если ты сейчас же не откроешь эту чертову дверь…

Разжав пальцы на столешнице стойки, она сумела повернуться и обнаружила, что колени не слушаются. Перед глазами заплясали черные точки, губы разомкнулись, чтобы впустить необходимый воздух. Ей стало нечем дышать.

Раздался громкий удар, затем еще один, а потом дверь с грохотом распахнулась, и на пороге показался разъяренный Тристан.

– Господи… – Он взглянул на нее и ворвался в ванную.

Подхватил Морану на руки, отнес в душ, включил все краны и уселся на скамью, держа ее в объятиях. Холодная вода ударила по телу. С дрожью Морана уткнулась лицом ему в шею, найдя любимое местечко в изгибе возле плеча, и попыталась вдохнуть побольше воздуха.

Тристан обнял ее крепче и прижал к себе.

– Все хорошо. Это просто паническая атака. Сосредоточься на моем голосе и дыши вместе со мной, Морана.

Так она и сделала. Прониклась его голосом, голосом виски, который пьянил ее, и греха, что заставлял чувствовать себя живой. Она дышала вместе с ним, ощущая, как постепенно вздымается и опускается его грудь, и подстроилась под его ритм.

У нее задрожали губы.

– На ее месте должна была быть я.

– О чем ты? – мягко спросил он, промокнув вместе с ней.

– Твоя сестра находилась вместе со мной. Она должна была там быть. Настоящая Морана тоже должна была быть там. Я даже не знаю, кто я такая.

Одной рукой Тристан сжал ее мокрые волосы и решительно запрокинул голову, второй обхватил ее горло, требуя внимания.

Морана закрыла глаза.

– Посмотри на меня, – велел он, сжав ее шею.

Она не хотела. Неужели он не понимал, что она слишком боялась на него смотреть?