Морана почувствовала, как брови едва не коснулись линии роста волос.

Тристан Кейн не открывал двери и не помогал дамам подниматься по лестнице.

По крайней мере, до этого момента.

Его ладонь – именно такая, как она и ожидала: грубая, большая, всепоглощающая – взяла ее руку, словно стирая все прежние прикосновения.

Всего на миг. Жест длился всего долю секунды, а потом он снова убрал руку и сунул ее в карман брюк.

Морана не проронила ни слова, а только прикусила губу и, быстро поднявшись по трапу, наконец вошла в самолет.

По ее телу пробежала дрожь.

Он запрыгнул на борт следом за ней. Она чувствовала его прямо за спиной, пока проходила в салон и осматривала шикарный интерьер. Морана впервые оказалась на борту частного самолета и не хотела пропустить ни секунды пребывания здесь.

Пространство возле двери вело в небольшую, но хорошо продуманную зону отдыха с двумя диванами и двумя креслами, приделанными к полу и с трех сторон окружавшими стеклянный стол. За одним из диванов располагался мини-бар, а на правой стене висел телевизор. Весь интерьер был выполнен в коричневых и кремовых тонах. За зоной отдыха виднелась закрытая дверь.

Заметив на одном из диванов Данте, который сидел с развязанным галстуком и стоящим перед ним бокалом виски, Морана подошла к креслу напротив и положила ноутбук на стол. Она остро ощущала, что все это время Тристан Кейн шел за ней, пригнув голову и дыша ей в шею из-за тесноты пространства в узком коридоре.

– Устраивайся поудобнее, Морана, – пригласил Данте. – Предстоит долгое путешествие.

Морана сняла обувь, опустилась в мягкое кресло и поджала под себя ноги.

– Без стюардесс? – озадаченно спросила она. Разве мужчины не любят, когда на борту частного самолета их обслуживают красивые женщины?

Данте помотал головой, а Тристан Кейн подошел к закрытой двери и скрылся за ней.

Морана нахмурила брови.

– Он любит вздремнуть в самолете, – пояснил Данте.

Стало быть, никаких посторонних на борту, только пилоты.

– Он тебе доверяет, – заметила Морана.

Данте издал смешок:

– Полагаю, настолько, насколько может.

Пилот сообщил о скором взлете. Морана закрыла глаза, когда самолет зарокотал под ней, и почувствовала, как напряглись нервы, как бывало всегда в момент взлета.

Вот и все.

Теперь нет пути назад.

Ее присутствие на борту этого самолета непременно положит начало цепочке событий, о большинстве из которых она даже не узнает, пока не станет слишком поздно. В этом она не сомневалась.

Взлетная полоса превратилась в размытое пятно.

Морана посмотрела в окно, окидывая взглядом город, который был ей домом всю ее жизнь, и осознала необратимость всего происходящего. Она оставляла позади множество воспоминаний, многие из них не стоило и беречь: об отце, его доме, ее уничтоженной машине, излюбленном месте на кладбище, пентхаусе… Некоторые из них были ей дороги, некоторые нет. И хотя она познакомилась с Амарой всего несколько дней назад, оставлять ее тоже было горько.