Закончив ужинать, дети вышли из-за стола и покинули комнату. Несколько взрослых уловили намек и, отказавшись от десерта, поспешили за ними. Морана хотела последовать их примеру и сбежать из удушающего пространства. Но не сделала этого, потому что не сделал он.

– Ты знала, что была здесь много лет назад, Морана? – непринужденно начал Марони, потягивая напиток. – Сидела и играла прямо на этом столе.

Морана ощущала, как Тристан Кейн напрягся рядом с ней, и впервые инстинктивно опустила руку на его бедро в надежде, что ее прикосновение успокоит его так же, как его. Она нащупала напряженные мышцы в его ноге и крепко сжала.

– Отец, – предостерег Данте.

– Однако тогда выдался ужасный день, – продолжил Марони. – Какой же ужасный день. Ты помнишь, Морана?

Она ответила ему расслабленной улыбкой:

– Конечно, не помню. В отличие от вас, я еще не старая, мистер Марони.

Данте закашлялся, чтобы скрыть смешок, и улыбка Марони испарилась от ее насмешки.

– Я и впрямь прожил немало. И у того, что живу до сих пор, есть причина.

Улыбка Мораны не дрогнула.

– Внушение страха.

– Власть.

Морана кивнула, изображая согласие:

– Маразм. Один из признаков старости.

Воцарившаяся за столом тишина была бы пугающей, если бы не ладонь, которая опустилась на ее бедро и слегка его сжала.

– Ты забываешься, девочка, – произнес Марони так тихо, что она смогла уловить его злость.

Она была сыта по горло.

– Позвольте, я кое-что вам проясню. Мне кажется, вы приняли меня за ту, кем можно помыкать, мистер Марони, – сказала Морана со стальными нотами в голосе, выпрямив спину. – Но я не такая. Я ваш ящик Пандоры. Так что на вашем месте я бы очень постаралась сохранить мне жизнь и осчастливить. Ведь как только ящик откроется, ваша власть, ваша империя рухнет, и вы никак не сможете это остановить.

Кьяра Манчини фыркнула, и Морана устремила взгляд к ней. Прикосновение руки Тристана Кейна, сжимавшей бедро, стало неприятным. Сытая по горло ужасным вечером, Морана отодвинула стул и смахнула его руку.

– А теперь прошу меня простить, – обратилась она к Марони.

Не дожидаясь ни от кого ответа, она встала, развернулась и покинула комнату. Вышла на улицу через боковую дверь, чтобы глотнуть свежего воздуха. Оказавшись на террасе, она огляделась вокруг в поисках тихого места и увидела костер в паре метров с левой стороны и людей, обходивших территорию, с правой. Повернув, Морана обошла дом, вдыхая свежий воздух и заглядывая в темные окна. Те, за которыми горел свет, были зашторены.

– Будь осторожна одна на улице.

Морана остановилась и проследила, как к ней подошел Данте, не сводящий глаз с мужчин у костра.