— Чего ей дома-то не сиделось? — выругался позади меня Макар. Затянутый в чёрное гвардеец отдувался от жужжащих тварей, а потом резко шлёпнул себя по шее. — Каменья разглядывать.

— В старых церквях есть своя красота, — заметил я, изучая руины. Туров прошёл ближе к входу, и здесь даже мне была видна примятая трава. Следопыт осторожно заглянул внутрь, а затем вернулся к нам.

— Прошли здесь. Обратно не вышли. Значит, либо ещё внутри, либо есть другой проход.

Хм… Церковь была крупная, конечно, но не настолько, чтобы в ней можно было заблудиться. Я прикрыл глаза, потянулся к развалинам чутьём. Чёрт, фон Эха разрушенного здания перебивал всё. Ладно, будем проверять опытным путём на собственной шкуре.

— Идём.

— Ваше благородие, — покачал головой Туров. — Позвольте, мы сами?

Поросшие плющом краснокирпичные руины ждали. Ветер шевелил крапиву у входа.

— Не позволю. Туда вошли и не вышли четверо одарённых. Думаете, справитесь лучше? Вы мне ещё нужны живыми.

— Дайте нам шанс, ваше благородие! Разрешите мне идти первой? — вызвалась Нюра и бросила взгляд на витязя. Тот будто и не заметил такого внимания, зато просто двинулся к входу.

— Ваша доблесть? — окликнул его я.

Бронированный воин остановился, обернулся на миг:

— Не отставайте, дамы и господа. Первым буду я.

— Господи, женщины, чего вам дома не сидится⁈ — буркнул Макар, снимая с плеча штурмовую винтовку. — Куда вы нас всё время впутываете?

— Куда надо, — грубо ответила ему Нюра. — Что-то не нравится⁈

— Ой, да боже упаси, — содрогнулся Макар. — Всё нравится! Особенно когда ты так спрашиваешь!

— В морду дам, — нахмурилась великанша.

— Вот вечно ты сразу в морду, а!

— Тихо, — повысил голос Туров, останавливая пререкания.

Внутри пахло плесенью, сыростью и металлом. Крыша давно обвалилась, от иконостаса осталось только воспоминание, хотя один из потемневших ликов святого, уцелевший наполовину, наблюдал за нами с обломков стены. На останках колонны сидел ворон и с интересом глазел на вторгнувшихся в его вотчину людей.

— Труп, — сказал Туров, указывая влево. У стены сидел, затыкая рану в животе, мужчина средних лет. Правая рука нависла над выроненным пистолетом.

— Второй, — добавил витязь, прошедший чуть вглубь.

Я присел у первого покойника. Черномор показал мне данные по всем сопровождающим Светлану, и я запомнил лица охранников. Этот был из телохранителей девушки. Второй, вероятно, тоже.

Под сапогами Турова хрустел битый камень. Следопыт неторопливо прошёлся по развалинам.

— Ждали здесь. И здесь. Тот умер первым и сразу, — он указал на покойника в центре. — Второй отстреливался.