Я внимательно назначал новые места для постройки проекта, выверяя каждый метр. Пару раз приходилось жертвовать чьим-то домом. Пусть и пустующим сейчас. Ошибаться очень не хотелось.

— Как вы думаете, Михаил Иванович, чего они ждут? — спросил генерал, склонившись над картой.

— Имперскую армию, — сухо сказал я, не отвлекаясь от строительства.

— Ну они же не считают, что кто-то из командования решит отправить сюда дирижабли? — усмехнулся Колдун. — Это же верная смерть.

— Вы недооцениваете ваших коллег.

Генерал нахмурился, закусил седой ус, после чего выпрямился.

— Они могут стереть нас с лица земли в любой момент. Чего они ждут?

Мне нравился этот могучий старик. Ко мне он относился с максимальной серьёзностью.

— Перуанцев, — не стал скрывать я. — Пока сюда не подойдут основные силы — все приготовления служат исключительно для сдерживания возможной атаки нашей армии. Как только здесь появится Протекторат — нам не поздоровится.

— Вы считаете, что Протекторат осмелится?

— Вы думаете иначе? — не удержался я от улыбки, понимая, что генерал её не увидит.

— В новостях только и говорят о том, что кровавая имперская расправа над мирными свободными людьми будет остановлена, и за спинами мирных людей будут стоять добровольцы Латинского Мира с оружием в руках.

— Очень… образно, — заметил Колдун. — Откуда вы знаете об этом?

Рассказывать о всей подноготной переписки Каменской, а также содержании отчётов, получаемых через военный ретранслятор Южно-Сахалинска — я не хотел.

— Свои источники.

— Вы им доверяете?

— Как себе.

— Надеюсь, вы не ошибаетесь, Михаил Иванович.

Я замер, изучая карту. После чего определил точку появления на моих землях трёх человек. Четверых. Пятерых.

— Около десяти одарённых вошли в квадрат И-16, — сказал я. — С северо-востока.

Колдун тут же склонился над картой у себя:

— Понял вас. Эй, Роберт! Роберт! Дуй в общую, пусть Звягинцев со своими на седьмой пост идут!

Большая группа, но на штурмовиков не похоже. Давать им понять, что их движение замечено, я не стал. У меня было ещё много работы.

— Михаил Баженов. Вам сообщение. От. Наблюдение. Триггерная точка Звирев, — проявился рядом со мной Искин Березняков. Не знаю, кто его так настраивал, но похож он был на голосового помощника, а не на личность. И говорил безэмоционально, размеренно, и без интонаций.

Господи, я скучаю по Черномору!

Но это потом. Получив ожидаемый сигнал, я переключился на новую картинку, хмыкнул и отыскал через связку Искинов местонахождение Кожина в районе Южно-Сахалинска.

Хрономант с удовольствием уплетал рыбные консервы, сидя в небольшой гостиной пустого домика за столом. Челидзе находилась неподалёку, поглядывая в щель зашторенного окна. Олег с наслаждением облизал пальцы. В ста метрах от них проехал вездеход. Машина остановилась возле входа в защищённую радиовышку. На улицу выпрыгнул знакомый Звирев в белой шубе, перевязанной кожаными ремнями. Мой триггер.