— Мы его добудем.

— О, не трудитесь. Этот господин… черт, все время забываю ваше имя. Он уже позаботился об этом. — Герцог поднял со стола широкий лист бумаги, показал его и стал тыкать в него толстым, как сарделька, пальцем. — Подпись бургомистра Пулу с печатью, подпись главного нотариуса Пулу с печатью, подпись отца мальчика и, наконец, заверяющая печать каноника, главы капитула епископального суда. Попрошу заметить — ее подделать, в отличие от остальных, невозможно. По этому документу отец просит Братство взять его сына под свою опеку. Что и неудивительно, раз вы забрали ребенка без его согласия и надлежащим образом не оформили бумаги.

— Но он уже учился в Ордене.

— Меня это не касается. Я всего лишь слежу за выполнением закона. Надеюсь, вы не желаете его ослушаться?

— Не желаю, — процедил законник. — Но Братство силой уводит ребенка.

— Я всегда хотел быть стражем! — звонко сказал Эрик. — Меня никто не принуждал сбегать!

— Ну, вот и здесь все понятно. Возьмите буллу, покажете ее в Ордене. Если вы недовольны решением — можете оспорить его у кардинала ди Травинно. А до этих пор мальчик остается под опекой госпожи фон Рюдигер и под моей защитой.

Клаудио Маркетте с кислым лицом забрал бумаги, поклонился и, проходя мимо меня, сказал:

— Это еще не конец.

Почти сразу же за ним ушел и посланник кардинала. Гертруда улыбалась, Эрик сиял, герцог оставался мрачным:

— Я сделал все, что попросили в Риапано. Братство довольно?

— Ваша милость, вы оказали нам огромную услугу, — проникновенно сказала Гертруда.

— И Братство отпустит моих детей на месяц, чтобы я их увидел?

— Я немедленно отправлю сообщение в Арденау. Уверена, что скоро они будут с вами. И также уверена, что магистры оставят их у вас на четыре месяца, если ваша милость позволит вместе с ними приехать их учителям.

Герцог кивнул:

— Дети с даром… Я каждый день жалею, что они не обычные.

— Стражи тоже могут править.

Герцог фыркнул, с ненавистью посмотрев на нас:

— Надеюсь, у моего сына хватит воли править, не танцуя под вашу дудку, как танцую сейчас я. Здесь останется пятьдесят моих человек для вашей защиты, пока не приедут другие стражи. Дом в вашем распоряжении.

Не прощаясь, он ушел.

— Что здесь сейчас было? — удивленно спросил я.

— Работа магистров. И совсем немного политики.

— Ты знала об Эрике?

— О том, что он законник? До последнего часа — нет. Но в Арденау знали. Они отправили письма в Риапано и нашли отца Эрика. Ди Травинно встал на нашу сторону и связал Ордену руки.

— В чем выгода Риапано?

— Разве ты не понял? Орден наконец-то наказали за попытку убийства кардинала Урбана. Ну и клирики посчитали, что усиление Братства выгоднее.