При этом руку рыжего я так и не отпустил. Ладонь его побелела, поскольку доступ крови был перекрыт, зато мышцы здоровяка принялись бугриться, а само лицо его приобрело красное, гневное выражение. Видимо, парень был не то берсеркером, не то… Я перешёл на магическое зрение и тут же чуть узнал цвет ауры здоровяка. Рыжий был оборотнем, к тому же настоящим медведем. Не зря Мерзликина его обозвала мишкой.

При этом краем взгляда я заметил подошедшую ко мне со спины Эльзу, а ещё нескольких юношей, темноволосых, темноглазых, с хищной грацией, очень сильно похожих внешностью на Резвана Эраго. Удивительно, видимо, парочка представителей кавказского клана поступила в академию и сейчас вольно или невольно выказывала мне поддержку. А возможно, была приставлена Резваном для присмотра за Эльзой, чего тоже нельзя было исключать.

Решив не накалять обстановку, я отпустил руку оборотня и миролюбиво предложил:

— В случае, если захочешь помериться силой в дружеском спарринге, всегда к твоим услугам. Тем более соперника такого размера у меня ещё не было. Всегда интересно получить новый опыт. Что же касается знака отличия, ты всё слышал.

Нужно отдать должное «мишке», тот не стал накалять обстановку, тем более я не выказывал к нему агрессии и всё объяснил в отношении знака. Дворяне, до того обалдевшие, переводили взгляд с меня на него, ожидали реакции оборотня, но тот оказался парнем отходчивым.

— Замётано. Один на один сразимся, но без магии, — заметил он. — Мне тоже интересно, что ты за тварь такая чешуйчатая! А я наших всех знаю.

— Согласен.

Я протянул рыжему руку для рукопожатия, и тот после секундного раздумья пожал её. Все-таки приятно, когда у обладающих силой людей включаются инстинкты самосохранения, тем более что конец нашего разговора потонул в гуле этой толпы.

Студенты, занявшие свои места перед торжественным началом нового учебного года, вдруг свернули шеи в сторону подъездной аллеи, где появилась золотая карета со стенами из перламутра, запряжённая единорогами.

— Что-то я не припомню подобного пижонства среди дворянских родов, — тихо заметила Эльза.

— А это и не наши, — процедила сквозь зубы Мерзликина, — это остроухие пожаловали.

Я вспомнил, что остроухими здесь называли альбионцев, тех самых, которые жили на Британских островах. До сего дня меня жизнь сталкивала лишь с двумя их представителями: Эсрай и архимагом, который безрезультатно пытался меня лечить.

Сейчас же к академии подъезжала целая вереница карет, с каждой из которых выходило по одному представителю либо представительнице альбионского народа. Я разглядывал их отстранённые, отчасти непохожие на нас лица, удлинённые уши и клыки, которые они выставляли всем напоказ, будто кичась своей непохожестью, воздушные одежды, никак не подходящие для нашей погоды. Правда, внутри академии погода была всегда прекрасной, в отличие от лившего за пределами защитного купола ливня, так что не представляю, как бы они в подобных платьицах зимой выбрались за территорию академии. Высокие, стройные, с неестественного оттенка глазами, альбионцы грациозно шли к нам, при этом поливая презрением всех и каждого. Золотые радужки, алые, перламутровые…