— Что это, объясните? — спросил Пальчевский, указав на стол.

— Протезы для очередников и материалы, чтоб их сделать, — ответил Кир.

— Кто это может подтвердить?

— Людмила Станиславовна.

— Подтверждаю, — сказала старший техник. — Вот, видите, конверты. На каждом есть фамилия пациента, их можно сверить с записью в регистратуре. Выданные техникам материалы записываю тоже. Имеется журнал.

— Принесите! — велел майор. — Яскевич — ты возьми журнал в регистратуре.

Проверка заняла почти что час. Не удовлетворившись записями в журналах, майор пересчитал все гильзы для протезов, велел, чтоб принесли весы и взвесили порошок для керамических протезов. Но все совпало. На лице Пальчевского читалось удивление, смешанное с разочарованием.

— Убедились, что я не вру? — поинтересовался Кир.

— Не торопитесь, — сказал ему майор. — Мы не закончили. Идемте в гардероб, покажете свой шкафчик. Понятые, вы с нами!

И шкафчике ничего крамольного не обнаружили.

— Куда выбрасываете мусор? — спросил майор Людмилу Станиславовну, которая от них не отставала.

— Мы — в урны, а санитарки позже — в бак.

— Показывайте!

Обэхэссесники заглянули в урны, затем — и в бак. Копаться в гипсовых обломках все ж не стали — побрезговали. Кир похвалил себя, что не погнушался засыпать ими сумку — иначе бы не отвертелся. Приметной была сумочка, в технической ее бы опознали.

— Осталось место жительства, — сказал майор и посмотрел на Кира: — Ведите в общежитие.

— Я там прописан, но проживаю у знакомых, — покрутил он головой. — Они уехали в заграничную командировку и попросили за квартирой присмотреть.

— Где это?

— Тут неподалеку, буквально рядом с вашим РОВД.

— Поехали!

— Понятых отпустим? — спросил Яскевич у майора.

— Раз неподалеку, то не стоит, — ответил тот. — Пока других найдем… Ведь будний день, и люди на работе. Подпишут общий протокол. Надеюсь, граждане не возражают?

Те, может быть, хотели возразить, но побоялись. Оделись, загрузились в «волгу» и поехали. Людмилу Станиславовну не взяли, она и не просилась. Пальчевский лично вел автомобиль. Припарковался у подъезда, указанного Киром, и поднялись по лестнице к квартире. Там обыск вновь не затянулся — проверили шкафы, одежду в них и шкафчики на кухне. Произвели и личный обыск Кира. Яскевич заглянул в сливной бачок на унитазе, но ничего нигде не обнаружили.

— Что в этой комнате? — спросил майор, толкнувшись в запертую дверь зала.

— Знакомые оставили здесь вещи, а дверь закрыли, — ответил Кир. — У меня нет от нее ключей.

— Придется взламывать замок.

— Ломайте! — разозлился Кир. — Но укажите это в протоколе, чтобы потом, когда вдруг что-то пропадет, ко мне претензий не было. Пусть обращаются в ОБХСС.