— Садитесь, — сказал я, указав на стул напротив стола.

Партайгеноссе сел, положил руки на колени. Смотрел на меня с той же смесью страха и вызова, что и в прошлый раз. Неужто сидя в «нумере» этот нацистский ублюдок так ничему и не научился?

— Вы просили о встрече, господин Борман, — сказал я, закуривая. — Говорите. Времени у меня мало.

— Я хочу предложить вам сделку, — начал тот. — Я знаю, что меня ждет суд. Понимаю, что не избегу наказания, но я хочу сохранить жизнь моей семье.

— Семья — это ваша жена и дети, — сказал я. — Они не совершали преступлений. Мы не воюем с женщинами и детьми.

— Да, но они могут быть отправлены в лагеря, — сказал Борман. — Я знаю это, поэтому хочу предложить вам информацию, которая стоит того, чтобы вы отпустили их.

— Информацию? — переспросил я, выпустив дым в потолок. — Какую именно?

Бывший начальник канцелярии НСДАП помедлил, собираясь с мыслями.

— Во-первых, золото, — сказал он. — Нацисты вывезли из оккупированных стран огромные ценности. Золото, валюту, предметы искусства. Я знаю, где они спрятаны. В Баварии, в Тироле, в соляных шахтах. Если вы дадите гарантии моей семье, я покажу, где именно…

— Это не спасет вас, — сказал я, — но, вы правы, может помочь вашей семье. Продолжайте.

Борман кивнул и продолжил:

— Во-вторых, у меня есть списки агентов, которые работали на нас в нейтральных странах, таких как Швейцария, Швеция, Испания. Многие из них до сих пор на свободе. Они могут быть полезны вам или, наоборот, опасны, если их перевербуют британцы.

— Агенты, — повторил я. — Это интересно. Что еще?

Он сглотнул, помедлил и, наконец, заговорил:

— В-третьих, у меня есть документы о тайных контактах Гиммлера с британцами. О его попытках заключить сепаратный мир в 1940-м, в 1941-м. Имена посредников, места встреч, условия сделки. Если вы передадите все это господину Сталину, он сможет использовать их против союзников на переговорах.

— Это тоже может быть полезно, — сказал я, затушив папиросу, — но вынужден вас разочаровать. Нам и без вас многое известно и о вашем золотом запасе и ваши агентах и тем более о сепаратных переговорах с британцами. У нас есть свои источники.

Бывший начальник канцелярии НСДАП нервно сглотнул.

— Тогда я скажу вам то, чего вы не знаете, — сказал он. — У меня есть информация о секретных лабораториях СС по разработке биологического оружия. О проектах, о которых не знает даже ваша разведка. Если вы сохраните мне жизнь, я расскажу, где они находятся и над чем они работали.

Я посмотрел на него долгим взглядом.

— Вы выдвигаете условия, господин Борман, — сказал я. — Однако вы не в том положении, чтобы торговаться. Вы — военный преступник и будете осуждены. Это решено.