— Вы живёте в лесах вокруг Нового Орлеана? Конечно... ты аркадиец[3] .

Он покачал головой.

— Не аркадиец. Аркадианен. Мой народ происходит от древних греков... и мы прокляты.

Она почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Как именно прокляты?

— Мойры наказали нашего прародителя за то, что он бросил вызов богам, пытаясь спасти своих сыновей. Он экспериментировал с нашими предками и с помощью магии соединил человеческую природу с природой животных.

В результате из одного сына, магическим образом соединённого с животным, появились двое.

Один — с человеческим сердцем.

Другой — с сердцем зверя.

Таре совсем не нравилось, к чему он ведёт.

— Ты... сын Франкенштейна?

Он закатил глаза.

— Всё гораздо сложнее. Если коротко... нас превратили в оборотней.

«Хорошо...»

«Он сошёл с ума.»

Другого объяснения она просто не находила.

— Ты правда думаешь, что я в это поверю?

Прежде чем он успел ответить, кто-то яростно забарабанил в дверь.

— Тара!

Весь её мир перевернулся с ног на голову, когда она услышала этот ненавистный, омерзительный голос.

Ларс.

Вскочив с кровати, она схватила одежду, чтобы одеться.

— Тара!

Он ударил в дверь с такой силой, что она удивилась, как та ещё не разлетелась в щепки.

— Как он меня нашёл?

Рован не ответил.

Он даже не сдвинулся с места.

— Тара!

На этот раз она услышала, как дверь начала поддаваться.

Прежде чем она успела пошевелиться, Ларс ворвался в комнату и грубо схватил её за руку.

— Отпусти! — потребовала она.

В ответ он с размаху ударил её по лицу.

Тара рухнула на пол как раз в тот момент, когда мимо неё промелькнуло огромное белое пятно.

Лишь после того, как Ларс оказался на полу, она поняла, что произошло.

Каким-то образом в хижине появился огромный белый волк.

Теперь он прижал Ларса к полу, разрывая его клыками и когтями.

Ларс кричал, умолял, просил пощады.

Но волк не собирался её проявлять.

Точно так же, как сам Ларс все эти годы не проявлял пощады к ней.

Тара понимала, что должна попытаться помочь ему.

Но не могла.

Если честно...

Она наслаждалась его криками.

Была благодарна за ту боль, которую этот подонок наконец испытал.

Боль, которую он более чем заслужил за всё, что совершил.

Если это делало её плохим человеком — пусть так.

Для неё это было возмездием за все годы боли и страданий, которые Ларс причинял людям, пока она и другие молили его о пощаде.

Через несколько секунд всё стихло.

Ларс перестал двигаться.

Задыхаясь от страха, Тара прижалась к стене.

Волк медленно попятился и посмотрел прямо на неё.

Она была уверена, что станет его следующей жертвой.

Но затем с ним начало происходить нечто странное.