«Ну же, давай валить! — мысленно подгонял адмирала Герман. — Ясно же, что ловить тут больше нечего!»
Но адмирал всё медлил. Такое ощущение, что он в самом деле слишком увлёкся — крейсер уже ввалился в самую свалку, оказался в окружении истребителей, и теперь азартно отстреливал их из всего, что можно. В целом получалось даже неплохо — толстая броня из специальных материалов неплохо защищала корабль от плазменных орудий кальмаров. Только всё равно, на взгляд Германа исход боя был уже ясен. После потери эсминцев более мелкие корабли один за другим разлетелись на осколки, причём на некоторые противник даже пожалел зарядов из телепорта — так расстрелял. И теперь кальмары изо всех сил охотились на него, Германа. Очевидно, что они сообразили, благодаря кому не удалось взорвать изнутри самый большой корабль, и теперь задались целью сначала прикончить мелкую, но надоедливую букашку, а уж потом заняться главным блюдом. Лежнев вертелся, как уж на сковородке, нарезая вокруг крейсера круги. Удаляться от него слишком сильно тоже нельзя — тогда адмирала взорвут. Вот и приходилось изворачиваться.
«Это начинает надоедать, — подумал Лежнев, — когда эта кастрюля железная соображать-то начнёт⁈»
Кажется, этим вопросом задавался не только сам Герман. В скопление противника воткнулись несколько камней, разметав сразу десяток истребителей кальмаров. И ещё несколько взорвались сами… Точнее, это Гаврюше так казалось, потому что он не успевал увидеть снаряды из монструозной пушки Кусто — с такой огромной скоростью они летели.
Адмирал, наконец, понял, что дело проиграно, и изменил траекторию. Петля вышла на загляденье, пускай не по такому маленькому радиусу, какой может выдать Кусто, но крейсер начал отворачивать от прежнего курса. Кальмары пытались следовать за ним, но куда там! Таких ускорений они себе позволить не могут. Герман, возмущённый неумными действиями технофанатика до глубины души, тут же отвернул от крейсера, и рванул навстречу Кусто. «Хватит на сегодня, навоевался, — раздражённо подумал парень, — Если бы Гаврюшу ранили, я бы этому козлу потом башку оторвал и кастрюлю на её место прикрутил. Один фиг разницы не почувствует!»
Однако юркнуть в гостеприимно распахнутый трюм Гаврюша так и не успел, потому что почувствовал очень характерное возмущение в пространстве. Где-то совсем близко кто-то вот-вот должен выйти из гипера.
22. Герман Лежнев, чудовище
Улепётывать пришлось так, что пятки сверкали. Герман потом себя корил, что такие вещи надо учитывать заранее, но на самом деле понимал — никто не виноват, всё предугадать невозможно. Кто мог знать, что кальмары тоже отправятся в разведку, и как раз сейчас будут возвращаться? Судя по всему, связь с основными силами у этой группы была — очень уж точно они вышли из гиперпространства. Опоздали возвращающиеся совсем немного — если бы появились хотя бы минут на пять пораньше, технофанатиков точно потеряли бы. А так крейсер успел отойти, в результате вражеский планетоид появился не прямо рядом с ним, а чуть в стороне, к тому же корабль технофанатиков уже успел набрать скорость. По космическим меркам всё равно очень близко, но всё же не вплотную — тысяч сто километров их разделяло. Тихоходы оказались немного дальше, и с другой стороны от планетоида. Герман понятия не имел, видит их враг, или нет, но через секунду это уже не имело значения.